Альсагер почувствовал невыразимое пренебрежение и, более того, счел разумнее всего подчиниться. Он оставил ее - темный силуэт на фоне темного неба.

* * *

У нежити дела шли неважно. Обычное чувство скуки от того, что их послали в бой, сменилось новым и отчетливым чувством, которого они ранее не испытывали. Это было медленное осознание, пробивающееся сквозь медленные ментальные процессы, погрязшие в разложении и личинках, но очень мягко падал намек на то, что, возможно, они теряют и это.

Это едва ли касалось их тактически; им были отданы приказы, и они были не в состоянии сделать что-либо, кроме как подчиниться. Они также не были подвержены таким живым слабостям, как падение боевого духа. Они уже были мертвы. Дальнейшая мертвенность не беспокоила их чрезмерно. Однако существовали остатки чисто человеческого инстинкта любопытства, и они смутно задавались вопросом, как получилось, что их число так заметно поредело. Даже после смерти человеческий разум ищет закономерности и повторения и чувствителен к разрывам в последовательности, к дырам в гобелене.

Затем, обычно, такие странные и разрозненные призрачные цепочки мыслей были ловко загнаны в тупик пулей, пролетевшей сквозь мозговую оболочку философствующего зомби, и на этом все закончилось. У выживших был отдаленный намек на что-то вроде бегства от опасности. Это была интересная мысль, и они обдумывали ее с помощью запутанных рассуждений, пока переходили к оружию нападавших.

Профессор Стоун наблюдал за их наступлением, оценил скорость их истощения и счел ее, хотя и впечатляющей, недостаточной.

- Они будут здесь через минуту, - сказал он одному из подкреплений, присланных Лондоном.

Мужчина остановился, чтобы перезарядить винтовку, загоняя патроны в свой Винчестер. 

- Нам следует отступить, профессор? - спросил он.

Профессор отметил, что он казался очень хладнокровным и решительным под давлением. Несомненно, один из опытных бойцов-резервистов, которых теневые спонсоры Общества в Уайтхолле держали наготове.

- Пока нет. Если повезет, нам и не придется.

Позади них, перекрывая грохот организованного огня по рядам зомби, послышался отдаленный гул. По мере того как он становился громче, на ум приходил образ самой большой и злобной стрекозы, какую только можно вообразить, что-то из древних времен, когда динозавры еще не были динозаврами и не были водными, но все еще обладали ценностью новизны. Вскоре незначительные тональные вариации в гудении создали у острого слуха впечатление, что, возможно, из позднего каменноугольного периода прилетела не одна колоссальная сердитая стрекоза, и, возможно, есть идея спрятаться.

Несмотря на то, что нападавшие знали о происхождении звука и знали, что он связан с их делом, они все равно слегка пригнулись, когда гул перешел в рев. Зомби, проявляя вежливый интерес политика в начальной школе, подняли головы, чтобы посмотреть на светящийся горизонт.

То, что они увидели там, нисколько не прояснило их невежество. Три черных пятна на фоне египетского голубого неба, которые росли и слегка расходились по мере того, как они приближались. Затем внезапно черные точки превратились в энтомоптеров и пролетели прямо над головой. Несколько зомби попытались выследить их, глядя вверх так пристально, что упали, ошеломленные, как любая стая пингвинов, сбитых самолетом. Наступление зомби остановилось в замешательстве и фарсе, поскольку следующие шеренги спотыкались о только что упавших или были сбиты с ног, как кегли.

* * *

Из своего высокого окна леди Мизерикорд раздраженно закатила глаза и пошла подбирать с пола свое платье.

* * *

На каждом фюзеляже вспыхнули навигационные огни. Хотя, возможно, это и облегчило бы их сбивание, это было лучше, чем столкновение с другим энтомоптером в сгущающейся темноте. Боевые птицы мисс Монтгомери рассекали небо над головами зомби, вызывая примерно такое же смятение в их рядах, с каким они когда-либо сталкивались посмертно. Мало у кого был опыт столкновения с низко летящими самолетами, а у зомби его не было. Они были в растерянности. Некоторые разбрелись в произвольных направлениях, другие в гневе махали истощенными конечностями своим ревущим мучителям, а многие просто падали. Армия мертвых, покинувшая замок, теперь выглядела как неудачная попытка побить рекорд крупнейшей в мире схватки по регби. Пока они в замешательстве крутились вокруг да около, один из энтомоптеров, "Striking Dragon", совершил разворот и направился прямо к ним.

Но пока "Striking Dragon", пилотируемый грозным Минком Чхве, обрушивается на орду, у нас есть время для короткого и поучительного отступления.

* * *