В конце атриума я толкнула тяжёлую деревянную дверь и застыла от оглушительного шума взволнованных голосов и скрипящих по полу стульев. Помещение было битком набито — ровные ряды стульев заполняли всё свободное пространство. Я окинула быстрым взглядом зал в поисках стены, на которую можно было бы опереться. В этот момент старший магистр и несколько незнакомых мне мужчин вышли на помост в передней части зала.

— Джем! Сюда! — позвал Бен, махнув рукой, чтобы привлечь моё внимание. — Мы заняли тебе место.

Я испытала облегчение от того, что мне не придётся слушать всё это стоя, особенно в моём нынешнем состоянии. Благодарно улыбнулась Бену и поспешила к предложенному месту. Пришлось протискиваться через колени уже сидящих, бубня извинения, потому как Бен, Морган, Карли и Калеб сидели в самом центре ряда. Бен тут же убрал вещи со стула между ним и Морган.

— Спасибо, — сказала я. Мой взгляд искал куда-то запропастившегося Жнеца. — Трейс ещё не пришёл?

— Вроде нет, — ответил Бен, наклонившись ко мне, чтобы я могла слышать его через весь этот гул. — Я писал ему, но в ответ тишина.

— Мне он тоже не ответил.

Я нахмурилась, внезапно осознав, что не он один сегодня отсутствует. Никки тоже нигде не видно. Сердце сжалось от этой неприятной догадки. Каковы шансы, что они договорились встретиться друг с другом во время общего собрания?

— Прошу минуточку внимания, — заговорил Уильям, постучав пальцем по микрофону. Я сразу повернула голову к нему. — Мы готовы начать наше собрание, — продолжил он, как только все замолчали, внимательно слушая. — Беннет, начнём с тебя? — спросил он, развернувшись к темноволосому темноглазому парню, которому на вид было явно не больше двадцати пяти.

Беннет повернулся к трём мужчинам постарше, стоящим рядом, и что-то прошептал. Я пыталась вспомнить хоть кого-то из них, но в памяти ничего не откликалось. Все трое были чуть старше Уильяма, в районе шестидесяти, вот только от них исходил такой холодный, пугающий вайб, какого никогда не было от старшего магистра. Через мгновение Беннет кивнул им и сказал что-то Уильяму в ответ, вот только с наших мест ничего не было слышно.

— Хорошо, — кивнул Уильям и снова развернулся к собравшимся. — Тогда перейдём сразу к сути, если не возражаете.

Уголки его губ приподнялись, но я не могла не заметить напряжение в плечах и хмурую складку между бровей. Он хотел выглядеть спокойным и уверенным, контролирующим ситуацию, но язык его тела говорил нечто противоположное.

— Как многие из вас уже знают, демоническая активность снова поднялась, — начал он. И взгляд, и тон голоса были предельно серьёзными. — Конечно, это беспрецедентное явление, но порядок действий остаётся прежним. Мы призываем высших Заклинателей и тех, кто близок к ним по силе, увеличить количество часов дежурств, начиная с сегодняшней ночи, насколько это возможно.

Разочарованные стоны и недовольные шепотки пронеслись по залу.

— Мы и так уже выходим по двадцать часов в неделю, и нам никто это не оплачивает, — пожаловалась женщина из зала, хотя я даже не поняла, кто именно, потому что видела только затылки.

— Боюсь, сейчас такая ситуация, когда нам всем нужно приложить больше усилий. Если сейчас дежурите по двадцать часов, значит, надо по тридцать. Всё просто. Необходимо постоянно размещать защитные знаки, особенно в самых уязвимых местах: в больницах, школах, местных барах и клубах, на всех дискотеках, на каждом квадратном дюйме этого города.

Мой мозг зацепился за слово «дискотеки». Морган в этот момент наклонилась ко мне и шепнула:

— Серьёзно, «на дискотеках»? Он, случайно, год не перепутал?

Я прикусила губу, едва сдерживая смех.

— Также нам нужно, чтобы все действующие патрульные машины выехали немедленно. Пожалуйста, свяжитесь со своими кураторами, чтобы узнать новое расписание, если вы его ещё не получили. Мы хотим убедиться, что наши команды работают круглосуточно, учитывая количество нападений в последнее время.

— Что же это за количество? — полюбопытствовал кто-то позади нас.

— У меня нет точных цифр, но это значительное число.

— По сравнению с чем? — спросил другой мужской голос. — При всём уважении, магистр, но как мы можем готовиться не пойми к чему? Вы даже не раскрыли, почему их всех так тянет сюда.

Его поддержали аплодисментами и одобрительными выкриками. Толпа жаждала подробностей. Они не уйдут отсюда, пока не получат желаемого.

Я перевела взгляд обратно на Уильяма. Тот выглядел растерянным, словно не мог решить, сколько правды можно открыть, чтобы не вызвать массовую истерию. Накрыв микрофон рукой, он что-то зашептал Беннету и ещё одному мужчине. После короткого обсуждения, Уильям кивнул и снова развернулся к публике.