Дэмиен Агнис заваливается в своем неизменном белом костюме и рубашке, которые лишь подчеркивают его новую, слегка зеленоватую бледность. Хотя, если судить по удивительному новому титулу, которым наградил его Упырь, это многое объясняет. Прическа осталась прежней: багровые кудри копной лежат на голове, а белая оправа очков обрамляет золотистые глаза, которые жадно пожирают меня взглядом. В бледном кулаке он крепко сжимает ручку черного ящика.

Только в этот момент я замечаю датчик аппарата УЗИ, которым Соломон помахивает перед моим лицом.

— Ложитесь, мисс Костеплет.

В памяти мгновенно всплывает медицинский кабинет, где я побывала не так давно. Моя мама — маленькая, беспомощная, лежит на кушетке. В углу той комнаты тоже стоял аппарат УЗИ.

Ужас подступает к горлу. Разливается по венам. Затапливает сердце.

— Нет! — визжу я. Губы кривятся от отвращения, и я пытаюсь сорваться со стального стола. — Пошел на хуй от меня!

Упырь лениво шагает в сторону, перекрывая выход своим телом.

— Но-но, змейка.

— Я так и думал, что мы столкнемся с этой небольшой заминкой, — легкомысленно роняет Дэмиен Агнис.

Я впиваюсь вспотевшими кулаками в края стола и свирепо смотрю на повелителя фениксов, мечтая испепелить его во что-то большее, чем просто пепел.

— Зачем ты вообще приперся?

Дэмиен ставит черный ящик на край стола и щелкает двойными замками на крышке.

— Я заказал специальную клетку, — заявляет он с чрезмерной гордостью. — Любезно предоставлено мадам Крокодилус. Изумительная женщина.

Коллекционерша?

Мое раздражение сменяется паникой, когда Дэмиен достает стеклянный вольер: внутри него мечутся четыре цветных пушистых комочка.

— Генри! — ахаю я. — Герти?

Нимпины пищат и суетятся в своем заточении. Их жидкие черные глаза полны страха, они сбиваются в кучу у самого стекла, вжимаясь в него, словно пытаются прорваться ко мне.

— Не думай, будто я не заметил, как дороги эти существа тебе и твоим друзьям, — объясняет Дэмиен. Он поднимает клетку на уровень глаз и стучит по ней ногтем, будто это какой-то аквариум с рыбками. — Видишь этот рычаг наверху? — Он указывает на красную ручку рядом с рукояткой. — Один поворот, и в камеру пойдет угарный газ, который…

Упырь картинно издает горлом удушливый звук. В животе закипают ярость и страх. Тварь. Ебаная. Тварь.

— Мисс Костеплет весьма сильна, если кто-то забыл, — многозначительно бросает Дэмиен ученым. — А на ней всего лишь стальные кандалы.

— Она находится здесь добровольно! — раздраженно вставляет Соломон.

— Да, но далеко не все, что мы здесь делаем, будет добровольным, — бросает Дэмиен так быстро и обыденно, что у меня по спине пробегает ощутимый холодок. — Угроза этим мелким тварям сделает ее куда более сговорчивой.

Внезапно я начинаю видеть окружающих меня мужчин в совершенно ином свете. Ничего из того, что они собираются делать со мной, больше не является «добровольным выбором».

Сглотнув, я ложусь обратно на стол и поправляю полотенце, прикрывая пах. Затем задираю платье, обнажая низ живота.

— Делайте побыстрее, — цежу я сквозь зубы.

— Это нужно лишь для проверки состояния яичников и матки, чтобы мы могли…

— Я прекрасно знаю, что вы делаете, — обрываю я. — Я же сказала: живее.

Дэмиен подходит ближе, чтобы получше все рассмотреть, а мне остается только пялиться в потолок, пытаясь выровнять дыхание.

Все наклоняются вперед, уставившись в экран аппарата УЗИ, словно им всем безумно интересно поглазеть на мои внутренности. К горлу подступает тошнота, и я сжимаю края стального стола так сильно, что ладони мгновенно становятся мокрыми.

Соломон с силой надавливает датчиком чуть выше правой бедренной кости.

— Сколько раз вы проделывали это с моей матерью? — спрашиваю я, не отрывая взгляда от потолка. — Сколько раз, пока она не перестала реагировать?

Краем глаза я замечаю, как ученые неловко переминаются с ноги на ногу. Кто-то прокашливается. В этой комнате нет женщин. Только мужчины, только анимусы. Интересно, было ли ей страшно? Знала ли она, какое будущее уготовано ей и ее дочери?

— Постарайтесь расслабиться, — хрипит Соломон. — Вы, к счастью, молоды. С нашей работой не должно возникнуть никаких проблем.

— С незаконной работой, — чеканю я. — С аморальной работой.

— С добровольной работой, — вставляет Упырь. — С важной работой.

Я перевожу взгляд на него — он возвышается надо мной слева. Он ничего не знал о заточении моей матери, но теперь это не имеет значения, ведь прямо сейчас он руководит моим собственным. Надеюсь, он видит смерть в моих глазах. Надеюсь, он понимает, что за все это я лично убью своего отца.

Глава 10

Ксандер

Enter Sandman — Metallica

После этого фарса, который они весь день гордо именовали научным исследованием, я в прескверном настроении. А мысль о том, что мне пришлось битый час наблюдать, как Упырь лапает Отродье, злит еще сильнее.

Слава богу, сейчас наступила тишина. Я тащу девчонку за собой на первый этаж, а она уныло плетется сзади — наверняка оплакивает те пушистые комочки, запертые в клетке Дэмиена.