Жуткая, чертова тачка в стиле серийных убийц. Я вытащила Дедушку из-под пальто.

— Ты можешь… — сказала я, махая им в сторону двери. Раздалось еще несколько выстрелов, и Дедушка зарычал что-то, чего я не смогла разобрать. Бросив CD-плеер, я перелезла на середину сиденья и со всей силы заехала обеими ногами в пассажирское окно. Безрезультатно — только пятки отбила. Выругавшись в адрес самой себя и этой двери, я открыла бардачок. Под завалами многолетних регистрационных документов я нашла настоящее сокровище. Черный металлический фонарь.

Не знаю, откуда во мне взялись остатки адреналина и не переросли ли мои чувства к Ти в какую-то маниакальную любовь, но я зажмурилась и принялась колотить по стеклу со всех сил. С третьей попытки оно разлетелось. Я провела ободком фонаря по краю рамы, сбивая уцелевшие осколки, и осторожно протиснулась наружу. Затем, крепко сжимая Дедушку — ведь он был самым близким к оружию из предметом, что у меня имелись, — я побежала по открытому пространству к главной двери. Мое зимнее пальто ярко выделялось на фоне снега, и я ни на секунду не задумывалась о том, какую глупость совершаю, пока почти не оказалась внутри.

— Ти! — крикнула я, врываясь в помещение. Здесь была приемная с дешёвыми письменными столами и стульями с тонкой обивкой. — Ти!

— Эди, назад! — услышала я из глубины. Мое сердце подпрыгнуло. Он еще жив.

— Ducken!35 — скомандовал Дедушка, и наконец-то я поняла, что он имел в виду. Я рухнула на колени, когда пули из соседней комнаты со свистом пролетели над моей головой. Конечно, Ти был еще жив — теперь мне нужно было сосредоточиться на том, чтобы остаться в живых самой. Я поползла к столу и услышала звук, который знала по стрельбищу, но еще отчетливее — по фильмам ужасов и жестоким видеоиграм: щелчок взводимого дробовика.

Я опрокинула ближайший стол и забилась под него. Но слева от себя, если я правильно прищуривалась, я смогла различить близкое яркое свечение, к которому стремительно приближалось другое, чуть дальше. Значит, я все-таки вижу сквозь стены. Просто они должны быть близко.

— Ти, слева от тебя!

— Mädchen! Lauf weg!36 — приказал Дедушка.

Слишком поздно. Из соседней комнаты грохнул рассыпной залп дроби. Но пистолет Ти ответил — по крайней мере, мне так показалось, — и вторая аура рухнула и угасла.

— Ти? — позвала я. Я вглядывалась изо всех сил. Ответа не последовало, но уровень видимой яркости не изменился. В поле зрения, в самом дальнем правом углу, возникло еще одно свечение.

— Ти, справа от тебя! Самый дальний угол! — Я понятия не имела, как выглядит комната, в которой он находился, но вторая аура замерла, и пистолет Ти выстрелил еще раз. Чужое свечение пошатнулось и упало.

Мне хотелось поползти вдоль края стола, за которым я пряталась. Но это была всего лишь прессованная стружка, почти бесполезная для защиты. Впрочем, стены из дешевого гипсокартона были ничуть не лучше. — Ти? — Он бы ответил, если бы мог. О причинах, по которым он не мог, я старалась не думать.

Я похлопала по пальто и нащупала телефон. Зашла в историю вызовов и снова набрала Сайк. Прозвучало два гудка, три… возможно, я упустила все надежды на то, что она ответит, но тут она сняла трубку, и я не дала ей возможности сказать «алло».

— Помнишь, ты велела звонить, если ты мне нужна? Ты мне нужна! — заорала я, перекрикивая грохот выстрелов из соседней комнаты.

— Где ты?

— Mädchen, raus aus diesem Zimmer! Ram!37

Я прокричала ей адрес сквозь сыплющиеся команды Дедушки, и она повесила трубку. Как далеко она была? Действительно ли она приедет? Я укрепила свой форт из стола, протиснув между собой и опилочной плитой стул и CD-плеер Дедушки, а затем проверила, вижу ли я еще происходящее.

Целый рой тусклых облаков стягивался к моему яркому, близкому огоньку. Сколько патронов осталось у Ти? Я подумала о том, чтобы выбежать и раздобыть еще, но как я передам их ему? Выстрелы прошивали небольшую комнату, оставляя за собой дыры, и, боже правый, это был лишь вопрос времени, когда один из зарядов попадет в меня и прекратит мои мучения. Я свернулась в еще более тугой клубок, уже не в силах отличить свет Ти от огней наступающих на него людей; комната за ним превращалась в растущее, пылающее размытое пятно.

Затем дверь позади меня разлетелась в щепки. Буквально. Осколки стекла посыпались дождем, шурша по столу, за которым я пряталась.

— Эди? — громко спросил знакомый голос. Сайк — и звучала она взбешенно.

— Помоги Ти! Пожалуйста! — Я приподнялась ровно настолько, чтобы увидеть, как она влетает в соседнюю комнату; её рыжие волосы шлейфом летели за ней, словно артериальные брызги крови.