«Спасибо, Эди», — написал он, когда я отпустила руку. Он помедлил, затем продолжил. Он успел вывести букву «Я», прежде чем я выхватила у него карандаш и заложила себе за ухо. Любое предложение, начинающееся с «Я», не сулило ничего хорошего. Я не хотела больше никогда в жизни слышать «Я сожалею» или, не дай бог, «Я люблю тебя». Любовь к кому-то никогда не приносила мне ничего хорошего. Тишина прямо сейчас была лучшим выходом. Я закрыла глаза, наклонилась и потянулась повыше, чтобы поцеловать его в висок, с той стороны лица, где кожа осталась целой.

ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ

Я заставила Ти подождать в машине, а сама пошла к двери Мэдигана. На стук открыла Рита, хотя из глубины дома доносился лай собак.

— Ти нужна услуга, Рита, — сказала я.

Она окинула меня взглядом, после чего неодобрительно прищурилась.

— Выглядишь паршиво, а пахнешь еще хуже. Заходите!

Я покачала головой.

— Не могу. Тебе стоит увести малышей. Была драка, и Ти нужно где-то отсидеться какое-то время.

У сетчатой двери показалась черная широкая морда Джимми. Слишком поздно. Я сделала шутливый прогоняющий жест рукой, но он лишь зевнул и устроился на полу.

— Что стряслось? — спросил Мэдиган, выходя из задних комнат.

— Была вампирская стычка. Ти ранен — там все жутко, и я говорю тебе это как медсестра. — Я оглянулась через плечо на машину, порадовавшись, что окна наглухо тонированы. — Мы нашли девочку, которую я искала, и у меня есть время до вечера, чтобы все уладить.

— Значит, все в порядке? — спросил он.

Было ли все в порядке? Так не казалось. С другой стороны, как часто людям приходится видеть, как их парня разносит в щепки прямо у них на глазах, и при этом умудряться выживать? — Думаю, да. Надеюсь. Но правда — твоим детям лучше этого не видеть.

Джимми прижался носом к сетчатой двери и заскулил. Возможно, он и не видел Ти, но прекрасно чуял меня.

— Хорошо, — Мэдиган наклонился и шлепнул Джимми по крупу. — Иди в свою комнату. Живо. Все, — скомандовал он остальным собакам, которых я так и не успела увидеть. Из прихожей донесся цокот когтей по плитке, пока они снова не перешли на ковер.

— У вас найдется простыня, которую не жалко выбросить? Чтобы никто ничего не увидел? — спросила я. Рита кивнула, юркнула в дом и быстро вернулась с синей хлопковой простыней. — Спасибо, — сказала я ей, и добавила громче — чтобы расслышал любой, у кого хороший слух (а мне казалось, что у оборотней и собак-оборотней он отличный): — Спасибо, правда. Я серьезно.

Рита кивнула и скрестила руки на груди.

* * *

Я побежала обратно к машине Сайк и открыла заднюю дверь. Ти ждал внутри. В его глазах читалась темная тревога, и я изо всех сил старалась не смотреть на все остальное.

— Они приютят тебя на какое-то время.

Он кивнул. Я протянула ему простыню, и он развернул её одной рукой, набросив на себя так, что стал похож на невероятно жуткое привидение.

Теперь настала его очередь потянуться к моему уху и убрать прядь волос — точнее, забрать карандаш, который я туда заложила. В блокноте он написал: «Никому не доверяй», после чего поднялся и вышел из машины. Мне не нужно было спрашивать, кого именно он имел в виду.

* * *

— В моей машине теперь неделями будет вонять зомби. Эту вонь никакой химчисткой не выведешь, — пожаловалась Сайк с водительского сиденья, когда мы отъехали от дома Мэдигана и Риты. — Куда теперь?

Действительно, куда?

— Ко мне, наверное, — я назвала ей адрес.

— Они же платят тебе мало, да? — констатировала она.

— Нет.

Анна соорудила над головой тент из светонепроницаемой простыни. Они с Сайк вполголоса переговаривались на языке, которого я не понимала, но который показался мне русским. Интересно, обсуждали ли они вампирские дела или вампирские сплетни. Я вертела в руках мобильный телефон, чувствуя себя потерянной и всеми забытой на просторном заднем сиденье.

Номер Джейка стоял первым в моем списке быстрого набора. Я сползла пониже на сиденье. Я все еще злилась на него за то, что он бросил меня на днях. Он продолжит идти по своему пути саморазрушения, но, по крайней мере, останется жив. То, что я нашла Анну, избавило меня от необходимости вести с ним этот разговор. На переднем сиденье их беседа стихла, и Анна обмякла в пассажирском кресле, укутавшись в смятую светонепроницаемую ткань. Возможно, уснула.

Я уставилась в окно, наблюдая, как мимо проносится серость снега и серость асфальта — из-за тонированных стекол машины всё вокруг казалось окрашенным в один и тот же монотонный оттенок лунной поверхности. И я тоже уснула.

* * *

— Приехали, человек. — Сайк вырулила на парковочное место возле моего дома. Я достала ключи. Изнутри пахнуло жаром — в моей квартире стояло пекло, счет за электричество в этом месяце будет просто безумным. Зато теперь я, возможно, останусь в живых, чтобы его оплатить. Я придержала входную дверь.