— До дальнейших распоряжений не покидайте центр Парижа и держите телефон при себе, — сказала она на прощание и сунула ему в руку визитку, где значились только её имя, семизначный номер и аббревиатура SDI — больше ничего. — Если что-нибудь вспомните, звоните мне. Не дозвонитесь — достаточно сообщить комиссару Арлану. Он мне передаст… И ещё, Хогарт.

Он с любопытством взглянул на неё.

Она сжала губы. Что бы это ни было, давалось ей это, похоже, с трудом.

— Спасибо, что вызвали ветеринара.

Первая искренняя и хоть сколько-нибудь дружелюбная нотка, какую он подметил у этой женщины.

— Само собой разумеется. — Он кивнул и сбежал вниз по лестнице мимо криминалистов.

Ну конечно, отпечатки Элизабет нашли и здесь.

Но как такое возможно?

Неужели она и впрямь была так неосторожна?

Похоже на то. В конце концов, она не рассчитывала, что полиция снимет сравнительный отпечаток с дубликата иглы. Но зачем ей вообще это делать? Все эти пытки и убийства! Бросить жизнь с интересной и хорошо оплачиваемой работой ради каких-то жалких миллионов?

Теперь он всё сильнее сомневался, так ли хорошо знал её, как ему казалось.

Перед кафе кишели полицейские. Посетителей всё ещё допрашивали. Улицу напротив красного «Рено» по-прежнему перекрывали, и Хогарту пришлось идти в другую сторону. Он отключил беззвучный режим и набрал номер Хлои. Тут и увидел, что она звонила ему уже пять раз.

Ответила она сразу.

— Вас только сейчас выпустили?

— Да, меня допрашивала некая Лив Сабатье. Вам это имя что-нибудь говорит?

— Нет.

— А название Section d’intervention?

— Ого, — только и сказала она. — Значит, теперь за дело взялись они. То-то я удивлялась, почему комиссар Арлан не вошёл в дом. Это и боевое оружие объясняет. Расскажу вам потом подробнее.

— Хорошо, — сказал Хогарт. Дело, похоже, осложнялось. — Где вы были всё это время?

— Снаружи, с угрозыском. Арлан приезжал с коллегами. Меня допросили. В дом, к вам, полиция не пустила. Ну да ладно. Во всяком случае, я узнала, что убитый в машине — полицейский. У Пеллетье, оказывается, уже была охрана! Скорее всего, сотрудник из Section d’intervention.

В трубке слышались голоса и смех.

— А вы сейчас где?

— В ресторане. Только что вместе с отцовским адвокатом и нашим страховым агентом просмотрела список, чего в доме недостаёт или что повреждено. К счастью, немногое.

Хогарт глянул на часы. Без малого десять.

— Найдётся время встретиться прямо сейчас?

— Вообще-то…

— Совсем ненадолго, — настаивал он.

Хлоя помолчала.

— Да, почему бы и нет? Мы тут всё равно скоро закончим. — Зашуршало — видимо, она шевельнулась, прикрывая телефон ладонью. — Похоже, у вас новый след.

— Так и есть.

— Ладно, через двадцать минут в ресторане на Эйфелевой башне. Поднимайтесь. — Она дала отбой.

Хогарт вышел к набережной Сены. Ночь стояла звёздная и тёплая. От реки тянуло лишь лёгкой сыростью. Невдалеке светилась в темноте Эйфелева башня.

Он думал о шести отпечатках размером с монету в сейфе и о фотографиях на каминной полке Пеллетье.

Да, след у него и впрямь появился.

На одном из снимков Пеллетье и черноволосая женщина стояли рядом с неким артефактом. Цвета слоновой кости, с шестью слегка изогнутыми ножками, напоминавшими что-то паучье. Артефакт походил на трон — костяной трон.

ПОЯСНЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

Section d’intervention (фр. «группа вмешательства»; в тексте SDI) — элитное оперативно-силовое подразделение; занимается особо опасными и приоритетными делами.

Месье (фр. monsieur) — вежливое обращение к мужчине во Франции.

Гексаграмма — шестиконечная звезда; здесь — фигура из шести следов на бархате.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 25

Огонёк свечи дрожал в стеклянном колпаке, бросая отсвет на накрытый стол. Хлоя пила «Перно̀», Хогарт — «Пепси». Заел тёплым багетом. Тридцать евро за штуку — зато сидишь в отмеченном звездой ресторане Алена Дюкасса. Дешевле в такой час на Эйфелевой башне не поужинаешь. Прочим гостям — судя по всему, сплошь туристам, парижан почти не было — на это, похоже, было наплевать.

Ресторан «Жюль Верн» был набит битком. Хлоя сунула метрдотелю щедрые чаевые, и теперь забронированный столик у самой балюстрады оставался за ними до конца вечера. Иначе пришлось бы подниматься на третий этаж, в шампань-бар, и пытать счастья уже там.

На второй платформе всю эту неделю работала ещё и специальная выставка о Жюле Верне, так что ресторан был открыт до одиннадцати. «De la Terre à la Lune» — «С Земли на Луну» — с подлинными рукописями и самыми разными антикварными изданиями. Хогарт мельком осмотрел экспонаты. Теперь он глядел в ночное небо. Луна виднелась лишь узким серпом, которому в ближайшие дни предстояло исчезнуть совсем.