— Перегородка и железный каркас… хм. — Он поднял голову. — Что бы это значило?

— Взгляните-ка. — Кольшмид ткнул в ещё одну строку.

— Холодильный агрегат демонтирован, — перевёл Раст. — Возможно, бывший рефрижератор. Но на участке нет никакого фургона.

— Знаю. И всё-таки думаю, что они его купили и переоборудовали, потому что…

— Тише! — Раст оттеснил Кольшмида обратно в гараж, где в нише можно спокойно продолжить разговор. — Что вы думаете?

Кольшмид понизил голос до едва слышного шёпота.

— Я выходил наружу. Позади дома есть второй выезд с отдельной подъездной дорогой.

— Видел. Выходит на главную улицу.

— А там, на лужайке… — шептал Кольшмид, — …полицейские нашли свежие вмятины от автомобильных шин. По колёсной базе — длинной — подходят под фургон. — Он снова спрятал счёт под пиджак. Чувствовалось, что Кольшмид как начальник выездного отдела страховой компании поднаторел на всевозможных случаях мошенничества и обладал на редкость намётанным глазом.

Раст задумался.

— Но пост наблюдения сообщал, что у дома уже несколько часов ничего не происходило, — пробормотал себе под нос. — Значит, если эта парочка и впрямь уехала ужинать на спортивном купе, то воспользовались задним выездом.

— А один из них, должно быть, уехал на рефрижераторе.

— Думаете, Хогарт там, внутри?

— Где же ещё? — отозвался Кольшмид. — Вспомните про жестяную перегородку и железный каркас — идеально, чтобы держать кого-то взаперти. Вопрос в том, куда они на нём поехали.

Куда они поехали? Раст задумчиво потёр подбородок. Время уходило.

— После того как Эме… — начал он, но осёкся: мимо торопливо пробежал полицейский с рацией в руке. — После того как Эме сообщила полиции в Ницце, что Хогарт был у неё, — начал он заново, когда они снова остались одни, — она, возможно, как раз сейчас от него избавляется.

— Или уже от его трупа, — добавил Кольшмид.

В животе у Раста потянуло.Чёртова язва!

— Этот Анри Этьен… — пробормотал он. — Где и как он, бишь, погиб?

Кольшмид поднял взгляд.

— Сорвался с утёса неподалёку от этого поместья.

Проклятье!

— Утёсов в этих местах без конца и края.

— Думаете, они едут именно туда? — спросил Кольшмид.

— А может, эти двое всё-таки причастны к смерти Анри Этьена, и никакая это была не пьяная авария, — размышлял Раст вслух. — И кто однажды убил в определённом месте…

— …и не попался… — подхватил Кольшмид.

— …тот, пожалуй, повторит это снова.

В этот миг в гараж вошла Сабатье, и вид у неё был такой, будто она с удовольствием кого-нибудь убила бы, — очевидно, ни она, ни её коллеги не нашли ничего изобличающего. А обнаружение арендованной машины Хогарта вряд ли можно было назвать прорывом в деле, тем более что Эме сама сказала полиции в Ницце, что Хогарт здесь был. Какими неловкими последствиями это обернётся в прокуратуре, Раст представлял живо.

Сабатье хотела пройти мимо, но Раст остановил её жестом.

— Что? — прошипела она.

— Где, вы сказали, погиб этот Анри Этьен?

— Я ничего не говорила. — Она посмотрела на него растерянно, словно не улавливала связи с делом. — В материалах было что-то про бухту Дуанье. А что?

— Где она?

— Примерно в четырёх километрах отсюда.

— А что там?

Сабатье недоумённо пожала плечами, потом подозвала одного из местных коллег из Монако и задала ему тот же вопрос.

— Уединённая скалистая бухта, к ней ведёт только извилистая дорога, — ответил полицейский по-французски. — Поэтому и из-за сильного течения ею почти не пользуются. Там лишь несколько заброшенных лодочных причалов.

— Merci. — Сабатье коротким кивком отослала коллегу. Похоже, услышанного ей хватило: она нахмурилась и снова повернулась к Расту. — Вы полагаете…

— Мы ничего не полагаем, — поспешил вставить Раст.

Сабатье смерила его взглядом, покусывая нижнюю губу.

— Вы думаете, Хогарта отвезли туда?

— Ваш коллега сам сказал — течение сильное, — повторил Раст.

Сабатье вытащила из кармана брюк телефон, и Раст увидел, что она открывает приложение с данными о приливах и отливах.

— Сейчас как раз начинается отлив… — пробормотала она. — Значит, вода уходит в открытое море. Тяга и обратное течение мощнейшие. К тому же ветер попутный — так что унесёт безвозвратно.

Язва у Раста заработала на полную мощность. Под «унесёт» Сабатье, надо думать, разумела труп, брошенный в воду.

Сабатье убрала телефон.

— Сейчас этим займёмся. Мне только нужно сначала уладить кое-что с моими людьми. — Она удалилась и вошла в мастерскую, где криминалисты всё ещё возились с ультрафиолетом.

— Идёмте! — шепнул Раст. — Поищем эту бухту.

Кольшмид вытаращил глаза.

— И как мы туда доберёмся? Пешком?

— У входной двери стоит арендованная машина Хогарта. В ней есть навигатор, а ключ в замке.

Кольшмид колебался.

— А это разумно?