Из глоток Грема и Зика вырвалась серия рычащих звуков, прежде чем они присоединились к нам, помогая пробираться через сложный лабиринт военного лагеря. Бегая впереди, они высовывали языки, а их глаза блестели так, словно вся эта встреча была для них увлекательной игрой.

«Кажется, мы убедили отряд Сарваша», — сообщила я Рокату.

«Хорошо. Кто остался?» — спросил он.

Его прямолинейность была ожидаемой, хотя мне всё равно хотелось, чтобы он проявил чуть больше сочувствия после того, какими засранцами оказался предыдущий отряд. По сравнению с ними Рокат, которого я встретила в самом начале, выглядел невинным.

«Золом», — ответила я.

По крайней мере, мой истинный позволял мне самой заставлять их признавать мою ценность, а не угрожал им от моего имени. Именно такого уровня самостоятельности я всегда и желала, и тот факт, что Рокат сдерживал ту часть себя, которая хотела оградить меня от яда этих мужчин, говорил о многом.

«Удачи. Дай знать, если понадобится моя помощь.»

«Обязательно.»

Я сосредоточила внимание на палатках, возвышавшихся впереди, и медленно вдохнула, пытаясь успокоиться. Несколько карканий привлекли мой взгляд к небу, и я заметила трёх ворон высоко в синеве. Внимание Кииры тоже устремилось туда.

— Судьбы, — тихо пробормотала она.

— Что-то вот-вот произойдёт, — ответила я, останавливаясь.

— Почему ты так думаешь?

Она резко повернулась ко мне, изучая меня пристальным взглядом.

— Потому что с тех самых пор, как солдаты Роката прибыли в Стрый для набора рекрутов, три вороны появлялись в каждом важном поворотном моменте моей жизни.

Мы долго смотрели друг на друга, пока Киира осмысливала услышанное.

— Нам нужно будет позже поговорить об этом подробнее.

Я кивнула, и мы продолжили путь к сектору Золома.

Сзазадос ждал под знаменем с тревогой на лице.

— Сельхамош, — поприветствовал он меня, отдавая честь.

Перед Киирой он склонился в поклоне.

— Верховная жрица.

Мы по очереди ответили ему кивком.

— Где они? — спросила я.

— Сразу за теми палатками. Но, Сельхамош… они немного взвинчены. Есть один мужчина, который особенно яростно выступает против всего этого, и весь день подстрекает остальных, — сказал он, не сумев скрыть нервозность в голосе.

— И ты не смог приструнить своего солдата? — спросила я.

— Я пытался, клянусь. Просто он… всегда был немного агрессивным. В бою это идёт ему на пользу. В лагере — не очень. Не просто так его никогда не повышали, — объяснил он.

Некоторое время он ковырял ногти, затем встряхнул руками и убрал их за спину.

— Понятно.

Я медленно выдохнула, поднимая взгляд к безоблачному небу.

Ещё один идиот-солдат. Он ничто по сравнению со мной.

— Рядом, — приказала я гончим, и они последовали за нами глубже в этот сектор.

Прошло совсем немного времени, прежде чем я услышала выступление самопровозглашённого оратора.

— …они меньше, слабее, медленнее нас. А их магия? Да ладно, мы все знаем, что даже если у них глаза того же цвета или темнее, они всё равно не способны владеть силой так, как мы.

— Ебаный мудак, — пробормотала я себе под нос.

— Я собиралась сказать «самодовольный ублюдок», но и это подходит, — заметила Киира, и её голос стал холоднее.

— Готова? — спросила я, когда мы приблизились к палатке, из которой доносился голос.

— Настолько, насколько вообще могу быть.

Затем она резко откинула полог и ворвалась внутрь так, будто всё здесь принадлежало ей. Я вошла следом с такой же уверенностью, а псы двигались по обе стороны от меня.

Голоса мгновенно смолкли.

Моё внимание сразу остановилось на мужчине с кроваво-красными глазами, стоявшем во главе остальных.

— На колени, — приказала я, повышая голос и наполняя его угрозой.

Некоторые оказались достаточно умны, чтобы подчиниться.

Другие — нет.

— Если это не сама фальшивая павшая, — процедил он с насмешкой.

Его волосы были коротко острижены, почти обнажая кожу головы, зато борода была густой. Одна сторона лица была сильно покрыта шрамами, как и одно предплечье, словно он слишком долго пробыл в огне, прежде чем его оттуда вытащили.

Но он ничуть меня не пугал.

Я резко задрала рукава, обнажая вырезанную на запястьях метку «H».

— Я не вижу здесь никакой метки «F», солдат.

— Поэтому я и сказал — фальшивая, — выплюнул он. — Какая же хлипкая история была придумана Халалхиво о тебе.

Злорадная улыбка расползлась по моему лицу.

— Сомневаюсь, что ты сказал бы это ему в лицо.

— Ещё как сказал бы. Он должен услышать, что мы на самом деле думаем, вместо того чтобы навязывать нам свои указы, особенно когда большинство с ними не согласно! — возразил он, потрясая кулаком в воздухе и оглядываясь по сторонам так, будто поднимал своих товарищей на мятеж.

Я вновь нырнула в колодец своей магии и натянула на себя облик Роката.

Он даже не дрогнул, и это разозлило меня ещё сильнее.