Наша связь истинной пары натянулась по мере его приближения; он любил нашу игру так же сильно, как и я. Обсидиановая тьма собралась в дверном проёме, пока я готовила ловушку для своей истинной пары. Пьянящий вкус силы покрыл мой язык. Хотя обычно Рокат удерживал преимущество в наших отношениях, мой контроль значительно улучшился. И возможность обмануть его была слишком заманчивой, чтобы отказаться.

Первобытная потребность обжигала нашу связь. Два вдоха прорезали густой чёрный туман, словно он выслеживал мой запах.

— Можно подумать, ты хотела, чтобы я так легко тебя поймал.

Но как только он сделал ещё один шаг, я сжала кулак. Его тяжёлые сапоги прилипли к полу. Следом раздался тихий, зловещий смех, от которого волоски на моей шее встали дыбом.

— И это всё, на что ты способна?

В следующее мгновение пустота рассеялась. Полуденное солнце, проникавшее через окна за моей спиной, на миг ослепило меня.

— Я почти разочарован.

Ухмылка украсила его сурово красивое лицо. Его глаза оценивали расстояние между нами так, словно это было поле боя.

— Не стоит.

Похожая улыбка тронула мои губы. Я дёрнула свою магию так, словно выдёргивала ковёр из-под предмета мебели. Он пошатнулся, тени метнулись из его рук, помогая ему удержаться на ногах, но я уже проскользнула мимо него обратно в спальню.

За моей спиной загрохотали его шаги. Я резко обернулась, и его тело превратилось в размытое пятно чернил. Через секунду мы врезались в комод, разнеся его в щепки.

— Такая коварная, маленькая самозванка. Обожаю это, чёрт возьми.

Наши губы встретились, словно разразившаяся буря: сверкающие зубы и сталкивающиеся языки. Металлический привкус пронёсся между нами, когда я прикусила его губу. Он застонал, и звук был настолько мужским, что влага потекла из меня. Мгновение спустя его ладонь уже накрыла меня там.

— От этого нужно избавиться, — решил он, одним сильным движением сорвав ткань, прикрывавшую мой центр.

Укус ткани обжёг кожу, лишь усиливая моё удовольствие.

— И от этого тоже, — добавил он, с той же свирепостью разрывая повязку на моей груди.

Холодный воздух скользнул по моим соскам лишь на мгновение, прежде чем его сменил горячий рот Роката. Распутный вскрик застрял у меня в горле. Я впилась ногтями в его плечи, пытаясь удержаться под его натиском. Вокруг нас были разбросаны обломки дерева, и меньше всего мне хотелось проткнуть себе ногу.

Словно почувствовав ход моих мыслей, Рокат поднял меня на руки и понёс к письменному столу. Тот стоял неровно, отодвинутый от стены, и я поняла, что именно в него отбросила его раньше.

Он даже не стал поправлять стол, когда уложил меня на него, словно на алтарь, а сам готовился к поклонению. Наши губы снова сплелись, пока он расстёгивал ремень. Когда его член вырвался на свободу, он горячо шлёпнул меня по бедру.

Рокат прервал поцелуй, оставив меня без дыхания. Ониксовые шипы обвились вокруг его рук, и прежде чем я успела среагировать, они метнулись вперёд и захватили меня в плен. Словно я была не более чем марионеткой, он развернул меня так, что я оказалась на спине, а моя голова свисала с края стола.

Рокат обошёл стол, и его член покачивался с каждым шагом. Его магия пришла в движение, приковывая меня к месту. Но эбеновая тьма заскользила по моей коже, вызывая новую россыпь мурашек. Она поднялась по внутренней стороне моих бёдер, и я невольно сжала их вместе. Сила Роката развела их в стороны.

Его бордовые глаза скользнули по мне так, словно передо мной был голодный мужчина. Обхватив себя рукой, он провёл по члену раз, второй, третий. Моё внимание зацепилось за возбуждение, выступившее на головке и капнувшее на пол.

— Открой рот шире. Я собираюсь уничтожить этот твой дерзкий ротик.

Я плотно сжала губы в знак неповиновения. Тьма вспыхнула в его глазах, и моё лоно сжалось. Ещё больше его магии обвилось вокруг моих ног, сжимая сильнее.

— В такую игру ты хочешь играть?

Я кивнула — чистый, безоговорочный вызов. Ему придётся заслужить мой рот. Моё тело. Всё моё. Не потому, что он мне приказывает, а потому, что я сама выбираю быть его.

Он заслужит своё право заявить на меня права, а после опустится на колени в поклонении.

Его твёрдость коснулась линии моих губ.

— Тогда давай играть.

Тень поднималась всё выше, выше и выше, пока не замерла в одном дыхании от моей влажной плоти. Её лёгкое прикосновение сводило меня с ума. Я снова забилась в путах, пытаясь облегчить нарастающую там боль желания.

Затем, словно между моих ног оказался сам Рокат, холодный чёрный дым коснулся моего клитора. Вздох сорвался с моих губ прежде, чем я успела его остановить, и Рокат мгновенно воспользовался этой возможностью. Первый толстый дюйм его члена вошёл мне в рот.

Затем второй.

— Умница, — похвалил он, пока его магия продолжала скользить по моему центру.

Всхлип сорвался с моих губ, когда головка коснулась задней стенки горла. Но этот угол был лучше других, и меня давило на рвотный рефлекс не так сильно, как обычно.

— Вот так, — прорычал Рокат, упираясь руками по обе стороны от моей головы. — Прими меня всего.