Пока ее тело оседало, я развернулся к дверному проему, направляя свой Флюкс в концентрированный выстрел. Энергия хлынула с кончиков моих пальцев сине-белыми дугами; мое плечо горело от нагревающегося импланта. Электрический заряд ударил последнего оперативника прямо в грудь, замкнув его щит и остановив сердце одним безжалостным всплеском.

— Сай! — Голос Мэддокса в наушнике звучал тревожно. — Что происходит?

— Цель устранена, — ответил я, уже двигаясь к технической шахте. — Трое из Черного Легиона мертвы. Двое преследят.

— Двигай к точке эвакуации Б. Я встречу тебя там.

Я выскользнул из узкого туннеля, оставив тело Танаки позади.

Боль в моем плече улеглась, вернувшись к своей привычной тупой пульсации.

* * *

Мэддокс подъехал с идеальной точностью и увез нас, избавив от необходимости разбираться с двумя оставшимися оперативниками. Так или иначе, для всех нас работа была окончена. Цель устранена.

Транспорт на автопилоте вез нас обратно в штаб-квартиру. Мэддокс ссутулился над своим планшетом, его пальцы порхали по голографической клавиатуре с маниакальной точностью. Он печатал без остановки уже двадцать минут — тот самый отчет об инциденте, который должен был занять пять.

Я растянулся на противоположной скамье, закинув ноги, и сделал еще одну затяжку из «VaPurr». Картридж с Вектором сглаживал все электромагнитные помехи, которые, казалось, никогда не прекращались.

— Знаешь, ты так клавиатуру протрешь, если будешь продолжать перепечатывать один и тот же абзац, — сказал я, наблюдая за ним сквозь дым.

— Просто хочу всё точно описать. — Его голос был напряженным, сдержанным.

— Детали. — Я усмехнулся. — Какие детали? Ту часть, где у тупой задницы Танаки не оказалось щита, или ту, где я ее прикончил до того, как ее схватил бы Черный Легион?

Пальцы Мэддокса замерли, прежде чем возобновить свой лихорадочный танец.

— У тебя не было выбора.

— Я это знаю. И ты это знаешь. Но ты всё равно ведешь себя так, будто я пристрелил твою бабушку. — Я подался вперед; электромагнитный ток затрещал вокруг моих пальцев. — Ее собирались утащить в какую-нибудь секретную тюрьму. То, что я сделал, было милосердием.

— Она была профессором, Сай. Пожилой женщиной.

— Она была угрозой. Потому мы там и оказались. — Я пожал плечами. — Лучше быстрая смерть, чем то, что они для нее запланировали.

Мэддокс наконец поднял голову, в его темных глазах читались противоречивые чувства.

— Ты даже не колебался.

— Колебания убивают людей. Ты сам меня этому научил. — Я сделал еще одну затяжку. — Слушай, я всё понимаю. Это тот самый комплекс героя, из-за которого ты изначально и пошел в полицию Нео Стелларис. Но это то, чем мы занимаемся, напарник. Мы инструменты.

— У некоторых из нас не получается делать вид, что это так легко.

— А некоторые из нас не притворяются, что занимаются чем-то другим. Мы альфа-бойцы, Мэддокс. Смерть — это наша должностная инструкция. ПОМ не платит нам за то, чтобы мы арестовывали людей или зачитывали им их права. Они платят нам за то, чтобы проблемы исчезали.

Мэддокс вернулся к своему экрану со стиснутыми челюстями.

— Она и правда напоминала мне бабушку.

— Ну да, только твоя бабушка, наверное, не воровала технологии для повстанческих групп. — Слова достигли цели: я увидел это по тому, как напряглись его плечи. — Танака сделала свой выбор, когда забрала те исследования. Я просто позаботился о том, чтобы всё закончилось на наших условиях.

— Ты бессердечный, чувак.

— Я реалист. Мы оба знали, чем всё может закончиться, с того самого момента, как приехали. — Я откинулся на спинку сиденья. — Разница в том, что мне не нужно переписывать историю, чтобы спокойно спать по ночам.

Транспорт гудел, пробираясь по залитым неоном улицам Нео Стелларис, пока Мэддокс пялился на свое отражение в окне. Спустя долгое мгновение он снова взял в руки планшет.

«Цель была не способна скрыться, — напечатал он. — Применение смертоносной силы было необходимо для предотвращения ее захвата враждебными элементами».

— Вот видишь. — Я ухмыльнулся. — Видишь? Это было не так уж и сложно.

Пальцы Мэддокса теперь двигались уверенно, без колебаний. Иногда всё, что требовалось, — это признать правду: мы не были героями. Мы были инструментами. Очень дорогими, очень эффективными инструментами.

А инструменты не могли позволить себе роскошь чувствовать вину.

Глава 5

ЭОН

Работа шла вяло. Бесконечный поток людей проходил мимо магазина биочипов, в котором я работала. Магазин находился так глубоко в лабиринтах Пурпурного Района, что солнечный свет до нас не доходил. Мы находились примерно на двадцатом этаже мегаздания, но с тем же успехом могли бы быть под землей, учитывая то, сколько бетона и металла нас окружало. Фасад освещался лишь искусственным мерцанием фонарей из переулка. Свет проблескивал в трещинах нашей разбитой вдребезги двери из тетрагласса, которая еле держалась на нескольких кусках изоленты.