— Хватит так много думать, — пробормотал он мне на ухо, его губы и зубы царапнули мою челюсть. — Отпусти.

— Сай, нам не стоит...

— Эй, — его голос стал резче, когда он отстранился; его рука поймала мой подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом — взглядом, полным электрического жара.

— Кажется, ты наконец-то поймал меня, да? — Я попыталась разрядить обстановку, стряхнуть этот взгляд с его глаз. Но он лишь стал глубже, когда он наклонился, его губы нашли изгиб моей шеи.

— Именно так, ты попалась. Теперь ты моя. Так что сдавайся, куколка. Помни... тебе может даже понравиться.

Его рука скользнула к моей груди, и моя решимость рухнула, когда он перекатил мой сосок между пальцами, потянув его вверх. Он усмехнулся, прежде чем втянуть другой в рот, его язык и зубы вторили движениям руки на другой стороне. Мои ноги инстинктивно обвили его бедра, прижимая нас друг к другу — но мне нужно было, чтобы он был ближе.

Мне был нужен он. Я позволила этой мысли раствориться, растаяв от ощущения его руки, скользящей по плоскости моего живота, прежде чем его пальцы скользнули между моими бедрами. Мы оба застонали, когда он проник в меня двумя пальцами.

— Черт, уже такая мокрая. Я начинаю думать, что я тебе нравлюсь, Эон. — Его ухмылка была порочной, и мне захотелось дать ему пощечину.

— Мне просто нравится то, что ты со мной делаешь, корпорат.

— Меня это устраивает. — Его большой палец задавал ритм в тандеме с пальцами, которые он изогнул внутри меня, и я едва могла поддерживать перепалку — всё мое тело намагнитилось к его.

— Любишь грязные игры, да? — спросила я.

— Я? Грязные? — Его пальцы сдвинулись, пока это глубокое, невыносимое давление не попало точно в цель. — Я ангел, куколка.

Его большой палец обвел мой набухший клитор, всё туже и туже, и мое тело выгнулось под ним. Я почувствовала, как усиливается его электрическое поле.

— Никакого Флюкса, — рявкнула я.

Его глаза впились в мои.

— Эон...

Я прижала палец к его губам, заставив его заткнуться хоть раз.

Дело было в выражении его глаз? В том, как наши тела так хорошо подходили друг другу? Может, это просто годы одиночества — то, что смягчило наше безумное партнерство, — но я сказала то, чего не должна была. Это было слишком откровенно. Слишком опасно.

— Никакого Флюкса. Никаких игр. Только ты... и я.

Я не должна была этого говорить.

А он не должен был слушать.

Он должен был сказать что-то грубое, что-то жесткое.

Вместо этого он просто наклонился и поцеловал меня.

Это было так чертовски хорошо — и я знала, что пропала.

Он продолжал поддерживать ритм пальцами, жестоко и неумолимо, пока мои ноги не начали дрожать.

— Сай...

— Да. Скажи мое имя. Посмотри на меня. Покажи мне, что я настоящий.

Он тяжело дышал, его дыхание обжигало мое лицо, челка упала на лоб. Я потянулась и откинула ее назад, крепко сжав его волосы.

— Сай... Я вижу тебя.

Я втянула его в глубокий поцелуй, мой язык неистово искал его, пока всё мое тело дрожало на гребне волны удовольствия.

Мы держали наш Флюкс глубоко внутри, но я всё еще могла его чувствовать. Наши тела, сами наши сущности синхронизировались в одну гармоничную частоту, которая пульсировала сквозь меня волна за волной. Я плыла в море экстаза, которое, я знала, утопит меня.

Он довел меня до оргазма, пока ничего не осталось, затем вытащил пальцы, проведя ими по моей коже. Но он так и не прервал поцелуй. Даже когда я услышала разрыв упаковки от презерватива. Даже когда он обхватил меня под бедрами и поднял, а мои ноги обвили его.

Я чувствовала, что он идет, но была так поглощена его вкусом, давлением его губ, что была застигнута врасплох, когда моя спина ударилась о ледяное окно.

Я ахнула — но он проглотил звук, дав мне мгновение передышки, пока подхватывал меня выше и снова опускал на себя.

— Блядь. — Я застонала, когда он растянул меня, мое тело всё еще было перевозбуждено.

— Я не знал, что что-то может быть настолько приятным, — прошептал он мне в шею. Сначала он не двигался, просто держал меня там, так близко, как только могут быть два человека.

Затем он перехватил меня, закинув одно мое колено на свое предплечье и прижав ладонь плашмя к стеклу. Он прижался лбом к моему, начав двигаться; его бедра пульсировали всё быстрее и быстрее, словно он не мог остановиться.

Я знала, что меня может увидеть любой, кто пролетает мимо по утренним делам, моя задница и спина были прижаты к стеклу. Мне было всё равно. Я хотела большего. Я хотела всего.

— Посмотри на меня, куколка. Пожалуйста. — Его голос сорвался от отчаяния, которого я раньше не слышала.

Я посмотрела ему в глаза. В них не было Флюкса, только обнаженная уязвимость, от которой мне захотелось сбежать.

— Перестань так на меня смотреть, — сказала я между вздохами.