— Так что же,И ? — Ее пальцы выстукивали по столу сложный ритм — не от нервозности, поняла я, а от нетерпения. К нам подошла сотрудница спа с каким-то травяным настоем, и Таос отогнала ее, даже не поднимая глаз. Ее рука потянулась к светящемуся кристаллу на горле, она рассеянно вертела его. Такому же, который я видела у прихожан Божественного Света.

— Мне нужно попасть внутрь Церкви Божественного Света.

Ее брови взлетели вверх, и она коротко рассмеялась.

— Ты? На службу? Сложно представить.

— Нет, — уточнила я. — Мне нужно узнать об их грязных делишках. Мне нужен доступ к службе члена Эшелона — или хотя бы внутрь их физической системы безопасности.

Ее улыбка исчезла, и она снова затеребила светящийся кристалл.

— Не думаю, что смогу это сделать,И .

Я потерла лоб. Я не хотела, чтобы всё обернулось плохо. Таос не была плохим человеком, но ее представление о революции всегда казалось удобно совпадающим с ее личными интересами. Я перекинула код — мой код — с ее отпечатками пальцев повсюду.

— Ты видела это раньше?

Ее глаза расширились.

— Нет!

Значит, да. Я глубоко вздохнула.

— ПОМ владеет этим. Это лишь вопрос времени, когда они выйдут на тебя. — Пусть попробует сыграть на блефе.

— Что? Как это возможно? Мы уничтожили... — Она осеклась. — Откуда тебе знать? — Она окинула меня взглядом. — Подожди... не говори мне, что ты работаешь на них?

— Я ни на кого не работаю. — Ложь.

—И ! Как ты могла? Я думала, ты понимаешь. Вот почему ты помогла нам. Ты хотела свергнуть этих корпоративных ублюдков.

— Что я хочу, так это выжить, Таос. Дожить до завтра. Спокойно спать по ночам, зная, что мои потребности удовлетворены.

— Как ты можешь это делать, если они владеют каждым аспектом наших жизней? — Она подалась вперед, в ее голосе появились те самые слишком знакомые революционные нотки, которые всегда казались отрепетированными. — Что мы едим, что пьем, что смотрим, что показывают в новостях. Ты не хочешь дать отпор?

— Я не могу дать отпор, Таос! Я еле держусь на плаву. У меня долги по уши, работы, которые загоняют меня в гроб. У меня нет времени и энергии на борьбу. У меня нет такойроскоши .

Я пришла сюда не для того, чтобы говорить об этом, но она выводила меня из себя.

Она посмотрела на меня с чем-то средним между жалостью и презрением.

— Это ответ труса. Только доказывает, что тебя устраивает статус-кво.

О, нет.Пошла она . Она не имеет права говорить мне такое.

— Легко разглагольствовать с этой трибуны, когда можешь в любой момент вернуться к своему трастовому фонду,Сара .

Таос замерла. Прошло несколько секунд, пока она переваривала то, что я сказала.

— Ты навела справки обо мне?

— Я собиралась рискнуть жизнью на миссии с тобой — конечно, я навела справки. Сара Ливуд, младший ребенок Миранды Ливуд, генерального директора «РеджуваЛайф Фармасьютикалс», состояние: 4,2 миллиарда. Одна из пяти детей, у каждого свой трастовый фонд. Ты могла бы реально изменить ситуацию с такими деньгами, но вместо этого ты здесь играешь в революционерку.

Кровь отлила от ее лица.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

— Разве? Ты отказалась от реальных ресурсов, которые могли бы помочь тысячам, чтобы бегать с Диконом и его бандой идиотов. Ты думаешь, взрыв дата-центра кому-то помог? Сколько людей умерло, когда отключилась эта сеть?

— Систему нельзя изменить изнутри, — прошипела она, подаваясь вперед. — Я пробовала. Перенаправляла средства, создавала неавторизованные лечебные программы, переправляла лекарства в клиники Пурпурного Района. Знаешь, что случилось? Они поймали меня, заперли в «оздоровительном центре» на шесть месяцев и отменили всё. Всё. До единой. Чтобы защитить прибыль.

— Так что — папочка не дал тебе ключи от королевства, и ты решила всё сжечь?

— Не смей упрощать это, — рявкнула она, теряя самообладание. — Система не сломана,И . Она работает именно так, как задумано. Она спроектирована так, чтобы извлекать прибыль из страданий — наших страданий. Ты понятия не имеешь, каково это — быть внутри этого мира и видеть, как он работает на самом деле.

Я отказалась испытывать сочувствие.

— И это оправдывает риск жизнями невинных людей? Люди погибли при том взрыве, Таос.

— Люди умирают каждый день, потому что не могут позволить себе базовую медицинскую помощь! — Ее голос возрос, затем она спохватилась, оглядываясь на стерильную, спа-подобную обстановку. Когда она продолжила, ее голос был низким и напряженным. — Ты думаешь, я выбрала этот путь так легко?

— Я думаю, ты хотела быть героиней, — парировала я. — Это легче, чем тяжелая работа по реальным системным изменениям. Легче, чем остаться в «РеджуваЛайф» и использовать свое положение, чтобы помочь тем, кто в этом нуждался.

— Что ты знаешь о помощи людям? Ты, блядь, работаешь на ПОМ!