Я протянула Флюкс дальше, пытаясь яснее почувствовать аномалию, когда сеть вокруг меня внезапно сдвинулась. Активировались протоколы безопасности. Пути перенаправились. Кто-то с доступом высокого уровня менял мою среду.

Я отступила, вернувшись к работе по реконструкции. Мой Флюкс запел, когда я позволила привычным ограничениям растаять. Я пропустила через себя столько тока, сколько могла собрать, расширяясь в потоке данных. Я больше не пряталась, и было просто невероятно ощущать такую свободу.

— Увлекательный подход, мисс Ибарра. Нестандартный, но элегантный.

Я не слышала, как он вошел в лабораторию. Я села при внезапном появлении Леви Эмере, стоявшего позади меня с непринужденной властностью человека, который владеет не только зданием, но и самим воздухом внутри него.

Я полностью отключилась от интерфейса, мой Флюкс неохотно отступил под кожу.

— Я не знала, что генеральный директор «ПОМ Индастриз» интересуется методологиями извлечения данных.

Его улыбка была безупречной, выражение, разработанное в зале заседаний.

— Я интересуюсь исключительными талантами. Ваши методы восстановления... беспрецедентны. Даже наши лучшие инженеры по данным не смогли разобрать эти фрагменты.

Было что-то отчетливо тревожащее в том, как он изучал меня. Не с клинической отстраненностью, которую использовал Текс, а с почти хищным очарованием. Для него я была особенно интересным экземпляром под стеклом, который можно было изучать.

— Просто выполняю работу, на которую меня наняли, — сказала я, слегка отодвигая стул, чтобы установить дистанцию.

— Разве? — Леви подошел ближе, непринужденно, но обдуманно. — Я просмотрел ваши шаблоны доступа. Вы исследовали области далеко за пределами параметров расследования дела Ренарда.

Я сохранила нейтральное выражение лица.

— Восстановление данных не бывает линейным. Иногда приходится следовать по касательным путям, чтобы реконструировать исходный паттерн.

— Хм. — Он протянул руку, и голографический дисплей ожил. Плавным жестом он переставил фрагменты, над которыми я работала, формируя новые узоры. — И какие же паттерны вы обнаружили, мисс Ибарра?

То, как он манипулировал данными, было тревожным, и по моей спине пробежала дрожь. Возможно, дело было в его Воздушном Флюксе — в том, как он прогибал саму среду под свои нужды, ни на секунду не задумываясь о последствиях.

— Пока ничего убедительного, — осторожно ответила я. — Только фрагменты.

— Фрагменты могут быть поразительно красноречивыми, если смотреть на них под правильным углом. — Он сложил кусочки в новую конфигурацию плавным жестом. — Например, это не похоже на базовые архивные документы. Больше похоже на экспериментальный код, которому место в лаборатории ПОМ, не находите?

Он перемещал всё вокруг, удивительно ловко управляясь с манипуляциями. Полагаю, нельзя стать гендиректором крупнейшей в мире компании по обработке данных, не зная некоторых вещей.

Обычно.

— А, но прошло так много времени с тех пор, как мне удавалось поработать с данными, за которые я отвечаю. Вы простите мне это микроуправление. Теперь я вижу — вы всё расположили так, чтобы это синхронизировалось с вашим уникальным ЭМ-полем. Прошу прощения за вмешательство.

Мой пульс участился. Он не должен был быть способен заметить такой уровень детализации в моей сигнатуре Флюкса.

— Я не уловила этой связи.

— Нет? — Его глаза встретились с моими, и они были темными. Такими темными, что я едва могла различить его зрачки. — Вы скромничаете. Ваша чувствительность к электромагнитным паттернам весьма экстраординарна. Именно это делает ваш подход к киберпространству таким уникальным.

Я подавила желание отшатнуться.

— Я не понимаю, к чему вы клоните.

— Ваши методы навигации. Они интуитивны, а не алгоритмичны. Вы не просто получаете доступ к системе — вы резонируете с ней. Ваш Флюкс действует как посредник между системой и кодом, который вы пишете, исправляя любые ошибки. — Он наклонился ближе, его голос слегка понизился. — Это использование Флюкса, которого я никогда раньше не видел. Которое очень меня интересует.

Подтекст был ясен: он не просто следил за моей работой. Он следил за мной.

— Именно поэтому вы одобрили мой контракт? — спросила я. — Потому что яинтересная ?

— Я одобрил ваш контракт, потому что вы ценный специалист, мисс Ибарра. Намного более ценный, чем вы сами подозреваете. — Его безупречная улыбка вернулась. — Паттерны, которые вы способны воспринимать... они выходят за рамки обычных структур данных. Они касаются чего-то более трансформирующего.

То самое чувство, которое я испытала в киберпространстве, вернулось — это ощущение, что нечто огромное и неподвластное мне наблюдает за мной. Только теперь оно было не на периферии. Оно стояло прямо передо мной.

— Какое это имеет отношение к смерти Ренарда? — я изо всех сил старалась сохранить голос ровным.