Неоновые вывески освещают обшарпанное помещение, отвлекая внимание от грязных ковров и облупившейся краски. Это почти напоминает старые сомнительные казино. Единственное, что объединяет его с «Джойстиком» — это бар. В былые времена я бы с радостью наклюкался здесь до беспамятства. Но сейчас вонь дешёвого пива и сигарет вызывает у меня тошноту. Тем не менее, я иду прямиком туда, полный решимости найти свою девочку.

Тёлка с тёмными волосами, красными губами и зубочисткой во рту поднимает взгляд из-за стойки, когда я подхожу. В её глазах вспыхивает похоть, стоит ей меня увидеть. Я содрогаюсь. Мне больше не нравится, когда женщины так на меня смотрят. Не так, как раньше. Их взгляды кажутся навязчивыми, голодными и поверхностными.

Надо было всё-таки надеть маску. Глаза Рокси — единственные, которые я хочу чувствовать на себе.

— Налить чего-нибудь, красавчик? — Она упирает руки в бока.

Я качаю головой.

— Не употребляю. Я ищу девушку.

Она усмехается, перекатывая зубочистку по нижней губе.

— Ну, считай, уже нашёл.

В животе всё скручивается от подступающей тошноты. Я подаюсь вперёд, опираясь на стойку.

— Я ищусвою девушку. Её зовут Рокси. Есть варианты, где она может быть?

Зубочистка падает у неё изо рта и шлёпается на липкую поверхность.

— О… Я знаю, кто ты. Рокси в туалете. Но слушай, мне не нужны неприятности. — Она достаёт биту из-под стойки. — Я тебе жопу надеру, если ты её расстроишь.

Разглядывая её, я замечаю шрамы на руках — те самые, которые она пыталась скрыть паршивыми татуировками, теперь уже выцветшими. Она стоит твёрдо, широко расставив ноги; крепкая фигура, мощные плечи. И биту она держит так, будто уже пускала её в ход. Девчонка из захолустья, которой пришлось научиться постоять за себя. Мне это по душе.

Бросаю взгляд на её бейдж и поднимаю руки в знак капитуляции.

— Мне просто нужно поговорить с ней, Черри.

Она вскидывает бровь.

— Ладно, милашка. Можешь подождать вон там. — Она указывает концом биты на стол в центре зала. Самое открытое место, чтобы она могла не спускать с меня глаз.

Я киваю и пячусь к столу, одновременно выискивая взглядом туалеты. В прошлый раз, когда Рокси пошла в уборную в баре одна, то на неё напали. От этого воспоминания я на взводе, а по коже пробегают мурашки.

Несколько местных доходяг пялятся в мою сторону. За всей этой суетой я и забыл, насколько я, блядь, знаменит. Вежливо им киваю, и они отворачиваются, вроде как удовлетворённые.

Когда я вижу Рокси, неспешно выходящую из дамской комнаты, меня наконец отпускает.

Она выглядит спокойной, невредимой и такой, блядь, красивой. Совершенной. Наши глаза встречаются, и на секунду она замирает. Я вижу, как бьётся жилка на её шее.

Улыбаюсь ей, отчаянно желая, чтобы она бросилась мне на шею. Но она отворачивается и идёт к Черри. Они шепчутся, склонив головы друг к другу. Рокси снова бросает на меня взгляд — на этот раз её глаза расширены от страха. И всё же под ним ей не скрыть тоску.

Терпение никогда не было моим коньком, но я проторчу посреди этого зала столько, сколько она заставит меня ждать. Я сделаю для неё что угодно. Кроме одного — не оставлю её в покое. Потому что я не нарушаю своих грёбаных обещаний. И она тоже. По крайней мере тех, что мы давали друг другу. Они посильнее кровных уз.

Сердце колотится, когда она наконец направляется ко мне.

Не просри всё, Панк.

Она встаёт передо мной, смотря снизу вверх, как раненый щенок. Мне приходится бороться с желанием сгрести её в охапку и утащить отсюда к чёртовой матери.

— Привет, моя девочка. Неужели ты думала, что я дам тебе уйти?

Она сглатывает ком в горле.

— Лес... о чём ты только думал? Что я просто растаю в твоих объятиях? Ты напугал меня.

Я стискиваю зубы, чувствуя, как эмоции зашкаливают. Внутри вскипает злость — ярость от того, что не могу до неё достучаться. Но я делаю глубокий вдох и мысленно считаю до десяти.

— Прости за это. Раньше ты обожала наши игры. Я думал, это поможет расшевелить твою память.

Её веки трепещут, а щеки заливает румянец.

— Кое-что возвращается, — шепчет она.

Значит, работает. Слава богу. Я делаю шаг вперёд, но останавливаюсь, когда она вздрагивает.

— Не знаю, что твоя мамаша наплела тебе обо мне, но бояться нужно не меня. Аеё . Ей на тебя плевать, Рокс. Всё, чего я когда-либо хотел — это быть с тобой и заботиться о тебе. Пожалуйста, поехали со мной домой. Я дам тебе столько личного пространства, сколько попросишь. Всё, что захочешь.Пожалуйста.

Она закусывает нижнюю губу и утыкается взглядом в пол.

— Я… я не знаю, как мне поступить. Но здесь я не счастлива. Всё кажется таким неправильным.

На этот раз, когда я шагаю к ней, она не отстраняется. Затем я осторожно сжимаю её ладонь в своей. Между нами будто проскакивает электрический разряд. Её дыхание перехватывает. Она тоже это чувствует.