Красный дракон напротив раскрывает пасть. В глубине его глотки вспыхивает пламя.

Игнис. Если он выдохнет огонь, лес вспыхнет за считаные мгновения.

— Эй! — Рохан вновь заслоняет меня собой, выставляя вперёд топор. — Только попробуй, мать твою!

Дракон медленно закрывает пасть и склоняет голову, повинуясь его приказу.

— Мы пришли не причинять вам вред. Но если хоть пальцем её тронешь, я не стану колебаться. — В ответ раздаётся глухое рычание. — Вы знаете, кто я. Я бывал здесь много раз. Так что успокойтесь, чёрт вас побери!

Но вред уже причинён. Я чувствую это. Чужая боль обжигает меня изнутри, словно становится моей собственной.

Дракон. Ему больно. Ему причиняют боль прямо сейчас.

Я перевожу взгляд с одного дракона на другого. Да, они ранены. Да, им больно. Но эта боль исходит не от них. Рохан всё ещё пытается успокоить драконов, однако его голос тонет в грохоте крови у меня в ушах.

Где? Где ты?

— Рохан… — едва слышно выдыхаю я.

Слёзы застилают глаза. Я медленно поворачиваюсь влево, за спину зелёного дракона. Дыхание обрывается. Я застываю.

— Эльфийка?

Я не отвечаю. Не могу. Меня словно тянет вперёд. Я бросаюсь бежать.

— Эльфийка! Держись рядом со мной!

Я мчусь сквозь лес, продираясь между деревьями. Позади слышится отборная ругань Рохана, а уже через мгновение он оказывается рядом. Но не пытается меня остановить. Не тогда, когда я ломлюсь сквозь кустарник, не замечая, как ветви оставляют на коже царапины. Не тогда, когда резко сворачиваю влево и едва не врезаюсь в каменную стену небольшой пещеры. И не тогда, когда боль вдруг исчезает — так же внезапно, как появилась.

Мы останавливаемся у самого входа. Перед нами лежит красная драконица, свернувшаяся и укрывшая себя крыльями.

— Нет… — срывается с моих губ.

Из глубокой раны на её шее медленно течёт кровь.

Рохан бросается к ней, падает на колени и обеими руками зажимает рану, пытаясь остановить кровь.

— Чёрт… Чёрт! Нет! — кричит он, бросаясь к её голове. Опускается рядом и проводит ладонью под её глазом. — Давай, Фрелия. У тебя же детёныш, помнишь? Ты нужна ему. Давай… очнись.

— Фрелия… — зовёт он снова, и столько боли звучит в его голосе, что у меня сжимается сердце. Он осторожно встряхивает её. — Не смей. Слышишь? Не смей уходить. — Затем обеими ладонями упирается ей в грудь, словно надеясь заставить подняться. — Ну же… Вставай.

Но она не шевелится.

Слёзы текут по моим щекам. Её глаза остаются закрытыми. Грудь неподвижна. Слишком неподвижна.

На ватных ногах я подхожу ближе. Колени дрожат, едва удерживая меня. Рохан всё ещё пытается привести её в чувство. Я кладу ладонь на её лапу и невольно вздрагиваю.

Она совсем холодная.

— Фрелия… пожалуйста… — Голос Рохана срывается, и сердце разрывается вместе с ним. Смотреть, как человек, которого я всегда считала несокрушимым, стоит перед ней на коленях и молит открыть глаза, почти невыносимо.

Рыдания сотрясают всё моё тело. Я уже знаю: она не поднимется. Не ответит. Не откроет глаза. Не сможет.

Она мертва.

— Я не успела… — выдыхаю я, не отпуская её лапу. Рохан бессильно склоняет голову, прижимаясь лбом к её шее. Его руки перепачканы кровью.

— Я не успела, Рохан. — От чувства вины к горлу подкатывает тошнота. — Я чувствовала, что что-то не так. Чувствовала… и всё равно не успела.

Он долго не двигается. Потом медленно поднимается, садится позади меня и молча притягивает к себе. Его руки крепко смыкаются вокруг меня, а тело заметно дрожит. Меня захлёстывает стыд. Это неправильно. Не меня сейчас должны утешать. Не я знала Фрелию. Не я её потеряла.

Я пытаюсь высвободиться, пытаюсь перестать плакать, но он только крепче прижимает меня к себе, уткнувшись лицом мне в шею. Я осторожно запускаю пальцы в его волосы и начинаю медленно гладить.

Когда он наконец нарушает молчание, голос звучит хрипло:

— Это не твоя вина. Но я найду того, кто сделал это. Найду… и оторву ему голову.

Над Рощей прокатывается рёв.

Я узнаю его сразу.

Дрогонах.

— Он почувствовал её смерть, — хрипло говорит Рохан. — Пусть они и не из одного клана, драконы Рощи живут по своим законам. Клановые драконы чтят их. Потеря любого из них…

Он не договаривает.

Дрогонах жил здесь рядом с ней.

Я поднимаю взгляд. Высоко над деревьями кружит Дрогонах, и в следующее мгновение в небо взмывает столб пламени. Почти сразу ему отвечают другие драконы. Один за другим. Их рёв полон такой скорби, что она отзывается болью у меня в груди.

Мы долго сидим молча, оплакивая величественное существо, которому так и не довелось стать матерью.

Матерью…

Я резко вскидываю голову.

— Рохан! Ты говорил, у неё было яйцо.

Словно в ответ впереди раздаётся тихое, едва слышное рычание. Мы оба поворачиваемся на звук. Оно повторяется.

Я осторожно выбираюсь из объятий Рохана и приподнимаю край крыла Фрелии.