— Вот дерьмо! — вырвалось у Ондрея. — Теперь у нас на хвосте Димитри.

— Если бы я могла, я бы эту сделку отменила, — сказала Ивона. — Но, возможно, мы еще успеем помешать Димитри добраться до парня.

— Зачем?

Ондрей сжал кулак так, что хрустнули суставы.

— Этот подонок отрезал головы женщинам и мужчинам. Он заслужил смерть.

— Но ты же знаешь Димитри. Он его не просто убьет. Он заставит его умирать медленно.

— Можно поговорить с Греко, — предложил Хогарт.

— Забудь, детектив! Теперь, когда этот псих прилип к нам как репей, Греко нам уже не поможет. Димитри больше никто не отзовет. Если бы кто-то отрезал голову моей девушке, я бы тоже никому не позволил собой командовать.

— …Девушке?

— Димитри и Надин были вместе, — буркнул Ондрей. — Вы что, не знали?

Он помрачнел.

— Чтобы отомстить за ее смерть, Димитри сметет любого, кто встанет у него на пути.

Дальше они ехали молча. От мысли, что они ведут свихнувшегося громилу прямо к убежищу убийцы, Хогарта мутило. Вероятно, Греко заключил с ними эту сделку только затем, чтобы как-то задобрить Димитри.

Наконец Ондрей указал в окно.

— Почти приехали. Вон там, впереди, склад.

Пустующая фабрика, когда-то служившая рыбному рынку складом, выглядела как реликт послевоенных лет, который так и не привели в порядок. Пятиэтажное здание с большим стеклянным куполом возвышалось над соседними домами. Красная кирпичная кладка с осыпающейся штукатуркой напомнила Хогарту развалины в промышленном районе пражского предместья — так же как выбитые окна и водосточные желоба, широкими дугами свисавшие с карниза и на ветру бившиеся о стену.

За фабрикой торчала в небо труба, из которой, должно быть, уже несколько десятилетий не поднималось ни струйки дыма.

Хогарт остановил машину прямо перед большими жестяными воротами. Внутри нигде не горел свет — даже за подвальными окнами, расположенными на уровне тротуара.

— Я думал, уголовная полиция поставила на машину Михи радиомаяк, — пробормотал Хогарт.

На углу улицы стоял бордовый фургон. Мигающий фонарь заставлял тусклую краску поблескивать.

Ивона заглянула вперед, между сиденьями.

— Не похоже, чтобы здесь были менты. Эти идиоты забыли напичкать машину жучками.

— Вряд ли, — уверенно сказал Хогарт. — Может, фургон принадлежит киноинституту, а Новачек об этом не знал.

Он посмотрел в зеркало заднего вида. В этот момент Димитри припарковал черный «Бьюик» примерно в сотне метров позади них, в темном переулке. Фары погасли, но водительская дверь осталась закрытой. Димитри ждал.

— Покончим с этим.

Хогарт вышел из машины.

Ни дуновения. Снежинки падали отвесно и ложились на брусчатку блестящей пленкой.

Пока Хогарт доставал из багажника два фонаря, Йиржи дубинкой скручивал цепь, натянутую перед воротами, пока та не лопнула. Ондрей навалился на ручку и отодвинул створку. С роликов посыпалась ржавчина. Изнутри, словно из чрева издохшего кита, на них хлынула невыносимая вонь разложения.

Хогарт и Ивона включили фонари. Перед ними раскинулся большой пустой рыбный склад. На полу валялись только упаковочная бумага и разбитые деревянные ящики, заклинившие направляющую при открытии ворот.

— Здесь давно никого не было, — приглушенно сказала Ивона.

Хогарт кивнул. Кроме этой проржавевшей двери, в здание должен был вести еще какой-то путь. Когда они вошли в складской зал, Ондрей снова задвинул ворота.

Только конусы света от фонарей рассекали темноту. Десятки железных стоек и стеллажей поднимались к потолку, словно скелеты. Посреди зала стоял вилочный погрузчик, годный разве что на металлолом.

Хогарт чувствовал, как напряженно Ивона идет рядом. Он почти физически ощущал ее желание позвать Веселы.

Он тоже понизил голос до шепота.

— Если Веселы здесь, Миха наверняка заткнул ему рот. Надо разделиться и обыскать здание. Только тихо.

— У нас всего два фонаря.

— Вон там лестница. Я пойду с Ондреем в подвал.

— Хорошо. Мы с Йиржи посмотрим наверху. Включите телефон.

Ивона кивнула Йиржи. Они вдвоем направились к лестнице, ведущей на верхний этаж, где располагалось несколько кабинетов с окнами, выходившими в складской зал.

Вскоре Хогарт увидел, как этажом выше в одном из окон мелькнул свет фонаря Ивоны.

— Эй, детектив, почему мы идем именно в подвал? — прошептал Ондрей.

— Вспомните квартиру Ломега. У него слабость к подвалам. Думаю, туда он и приводит своих жертв.

Хогарт двинулся вперед.

Рядом с лестничным пролетом вниз уходила кирпичная лестница. Пахло известкой и гнилью. Хогарт вытащил «Глок» из-за пояса, но палец держал вне спусковой скобы.

Луч фонаря ощупывал ступеньку за ступенькой, пока они спускались на нижний уровень. Огромный комплекс — лабиринт лестниц, этажей и анфилад комнат — обещал долгий обыск. Им оставалось надеяться лишь на то, что кто-нибудь из них вовремя наткнется на Веселы.