Бирн знал, что должен что-то предпринять. Он тяжело сглотнул, почувствовал привкус викодина в горле, почувствовал искру в пальцах.

Диабло сделал шаг за него.

Без предупреждения, без малейших угрызений совести Диабло обошел его, поднял "Глок" Бирна и выстрелил в парня в упор. Одна пуля попала в сердце. Мгновенно брызги крови, тканей и осколков костей ударились о грязную кирпичную стену, вспенившись темно-алым, а затем пролились на землю под проливным дождем. Парень осел.

Бирн закрыл глаза. В своем воображении он увидел Лютера Уайта, направившего на него пистолет много лет назад. Он почувствовал, как ледяная вода закружилась вокруг него, погружая все глубже и глубже.

Прогремел гром, сверкнула молния.

Время ползло незаметно.

Остановились.

Когда боль не прошла, Бирн открыл глаза и увидел, как Диабло завернул за угол, а затем исчез. Бирн знал, что будет дальше. Диабло выбросил бы оружие поблизости - в мусорный контейнер, мусорный бак, водосточную трубу. Копы нашли бы его. Они всегда находили. И жизнь Кевина Фрэнсиса Бирна была бы закончена.

Интересно, кто придет за ним?

Джонни Шепард?

Не вызвался бы Айк привести его сюда?

Бирн смотрел, как дождь бьет по телу мертвого парня, смывая его кровь с изрытого колеями бетона, не в силах пошевелиться.

Его мысли зашли в тупик. Он знал, что если он сообщит об этом, если он внесет это в протокол, то все это только начинается. Вопросы и ответы, команда криминалистов, детективы, ADAs, предварительное слушание, пресса, обвинения, охота на ведьм из внутренних расследований, административный отпуск.

Страх пронзил его - блестящий и металлический. Улыбающееся, насмешливое лицо Морриса Бланшара танцевало перед его глазами.

Город никогда не простил бы ему этого.

Город никогда этого не забудет.

Он стоял над мертвым чернокожим парнем, ни свидетелей, ни напарника. Он был пьян. Мертвый чернокожий бандит, убит пулей из своего служебного "Глока", оружия, которое на данный момент он не мог объяснить. Для белого полицейского из Филадельфии кошмар не мог стать намного глубже.

У нас не было времени думать об этом.

Он присел на корточки, пощупал пульс. Пульса не было. Он достал фонарик, прикрыв его ладонью, чтобы свет был как можно более скрытым. Он внимательно осмотрел тело. Судя по углу и виду входного отверстия, оно было сквозным. Он быстро нашел гильзу и положил ее в карман. Он осмотрел землю между ребенком и стеной в поисках пули. Мусор из фаст-фуда, размокшие окурки, пара презервативов пастельных тонов. Пули нет.

Над его головой, в одной из комнат с видом на аллею, зажегся свет. Скоро должна была завыть сирена.

Бирн ускорил темп своих поисков. Он швырял пакеты для мусора, от отвратительной вони протухшей пищи его чуть не стошнило. Промокшие газеты, мокрые журналы, апельсиновые корки, кофейные фильтры, яичная скорлупа.

Затем ангелы улыбнулись ему.

Рядом с осколками разбитой пивной бутылки лежала пуля. Он поднял ее, положил в карман. Она была еще теплой. Затем он достал пластиковый пакет для улик. У него всегда было несколько штук в кармане пальто. Он вывернул его наизнанку и приложил пакет к входному отверстию на груди ребенка, убедившись, что получилось густое пятно крови. Он отошел от тела и вывернул Пакет правой стороной наружу, запечатав его.

Он услышал сирену.

К тому времени, как Кевин Бирн повернулся, чтобы убежать, что-то другое, помимо рациональных мыслей, овладело разумом Кевина Бирна, что-то гораздо более темное, что не имело ничего общего с академией, руководством, работой.

То, что называется выживанием.

Он направился вниз по аллее, абсолютно уверенный, что что-то упустил из виду. Он был уверен в этом.

В начале переулка он огляделся по сторонам. Безлюдно. Он пробежал через пустырь, сел в машину, сунул руку в карман и включил сотовый телефон. Телефон зазвонил немедленно. Звук чуть не заставил его подпрыгнуть. Он ответил.

"Бирн".

Это был Эрик Чавес.

"Где ты?" Спросил Чавез.

Его здесь не было. Не могло быть. Он задумался о слежении за мобильным телефоном. Если уж на то пошло, могли ли они отследить, где он был, когда получил этот звонок? Сирена приближалась. Мог ли Чавес это слышать?

"Старый город", - сказал Бирн. "Что случилось?"

"Только что поступил звонок. Девять-один-один. Кто-то видел парня, несущего тело в музей Родена ".

Иисус.

Он должен был уйти. Сейчас. Нет времени на раздумья. Вот как и почему людей ловили. Но у него не было выбора. ноль »

Я уже в пути.

Прежде чем уйти, он бросил взгляд в конец переулка, на темную панораму, открывшуюся там. В центре был мертвый ребенок, брошенный в кошмар Кевина Бирна, ребенок, чей собственный кошмар только что нарушил рассвет.

34

ВТОРНИК, 21:20

Он заснул. С тех пор, как он был ребенком в Озерном крае, где стук дождя по крыше был колыбельной, Саймона успокаивал грохот бури. Его разбудил шум машины.