"Я не знаю", - сказала она. "И все же я рада, что ты здесь".

Винсент улыбнулся, держа ее за руку. Джессика не отстранилась.

Они согласились посетить брачного консультанта; их первый сеанс был всего через несколько дней. Джессика пока не была готова снова делить свою постель или свою жизнь с Винсентом, но это был первый шаг. Если бы им было суждено пережить эти бури, они бы пережили.

Софи нарвала в доме несколько цветов и методично распределяла их по местам захоронений. Поскольку ей не удалось надеть лимонно-желтое пасхальное платье, которое они купили в магазине Lord &; Taylor's в сам день, она, казалось, решила носить его каждое воскресенье и праздничные дни, пока оно не станет слишком маленьким. Надеюсь, до этого было еще далеко.

Когда Питер направился к машине, из-за надгробия выскочила белка. Софи захихикала и бросилась в погоню, ее желтое платье и каштановые кудри сияли в лучах весеннего солнца.

Она снова казалась счастливой.

Возможно, этого было достаточно. Прошло пять дней с тех пор, как Кевина Бирна перевели из отделения интенсивной терапии в HUP, больнице Пенсильванского университета. Пуля, выпущенная Эндрю Чейзом той ночью, застряла в затылочной доле Бирна, пройдя чуть более чем на сантиметр мимо ствола мозга. Он перенес более двенадцати часов черепно-мозговой операции, и с тех пор находился в коме.

Врачи сказали, что его жизненные показатели были хорошими, но признались, что с каждой прошедшей неделей вероятность того, что он придет в сознание, значительно уменьшалась.

Джессика познакомилась с Донной и Колин Бирн через несколько дней после инцидента в ее доме. У них складывались отношения, которые, как начинала чувствовать Джессика, могли продлиться долго. То ли в горе, то ли в радости. Было слишком рано говорить. Она даже выучила несколько слов на языке жестов.

Сегодня, когда Джессика пришла на свой ежедневный визит, она знала, что у нее много дел. Как бы ей ни было неприятно уезжать, она знала, что жизнь будет и должна продолжаться. Она оставалась минут на пятнадцать. Она сидела в кресле в заставленной цветами комнате Бирна и листала журнал. Насколько она знала, это могла быть "Филд энд Стрим" или "Космо".

Время от времени она поглядывала на Бирна. Он был намного худее; его кожа имела темно-серую бледность. Его волосы только начинали отрастать.

На шее у него висело серебряное распятие, которое подарила ему Алтея Петтигрю. Джессика носила подвеску в виде ангела, полученную от Фрэнка Уэллса. Казалось, что у них обеих был свой талисман против Погонь Эндрю по всему миру.

Ей так много хотелось ему рассказать: о том, как Колин выбрали выпускным в ее школе для глухих, о смерти Эндрю Чейза. Она хотела сказать ему, что неделей ранее ФБР отправило в отдел по факсу информацию о том, что Мигель Дуарте, человек, признавшийся в убийстве Роберта и Хелен Бланчард, имел счет в банке Нью-Джерси на вымышленное имя. Они отследили деньги до банковского перевода, полученного с оффшорного счета, принадлежащего Моррису Бланшару. Моррис Бланшар заплатил Дуарте десять тысяч долларов за убийство его родителей.

Кевин Бирн был прав с самого начала.

Джессика вернулась к своему журналу и прочитала статью о том, как и где размножаются судаки. Она предположила, что это все-таки Field & Stream .

"Привет", - сказал Бирн.

Джессика чуть не выпрыгнула из своей кожи при звуке его голоса. Он был низким, хриплым и ужасно слабым, но он был там.

Она вскочила на ноги. Она склонилась над кроватью. "Я здесь", - сказала она. "I'm… Я здесь."

Кевин Бирн открыл, затем закрыл глаза. На какой-то ужасающий момент Джессика была уверена, что он никогда больше их не откроет. Но через несколько секунд он доказал, что она ошибалась. "У меня к тебе вопрос", - сказал он. "Хорошо", - сказала Джессика, ее сердце бешено колотилось. "Конечно". "Я когда-нибудь говорила тебе, почему они называют меня сбродом?" он спросил. "Нет", - тихо ответила она. Она не заплачет. Она не будет. Легкая улыбка тронула его пересохшие губы. "Это хорошая история, партнер", - сказал он. Джессика взяла его за руку. Она нежно сжала. Партнер.