"Что это?" Спросила Софи дрожащими губами, вцепившись пальцами в юбку Джессики.

"Это всего лишь Халк", - сказала Джессика. "Это ненастоящее".

"Мне не нравится Хомут".

В наши дни дошло до того, что все зеленое высотой более четырех футов вызывало панику.

"У нас нет никаких историй о Хоке, милая", - сказала Джессика. Она подумала, что Софи забыла о Хоке. Похоже, некоторые монстры умирали тяжелой смертью.

Софи улыбнулась и свернулась калачиком под одеялом, готовая к сну без косточек.

Джессика подошла к шкафу, достала коробку с книгами. Она просмотрела текущий список литературы для малышей. "Сбежавший кролик"; "Ты босс, утенок!"; "Любопытный Джордж".

Джессика села на кровать, посмотрела на корешки книг. Все они были для детей от двух лет и младше. Софи было почти три. На самом деле она была слишком взрослой для Сбежавшего кролика. Боже милостивый, подумала Джессика, она взрослеет слишком быстро.

Внизу была книга "Как мне это надеть?", руководство по одеванию. Софи легко одевалась сама и делала это месяцами. Прошло много времени с тех пор, как она надевала туфли не на те ноги или надевала комбинезон OshKosh задом наперед.

Джессика остановила свой выбор на "Черепашке Йертл", истории доктора Сьюза. Это была одна из любимых книг Софи. И Джессики тоже.

Джессика начала читать, рассказывая о приключениях и жизненных уроках Йертла и его банды на острове Сала-ма-Сонд. После нескольких страниц она посмотрела на Софи, ожидая увидеть широкую улыбку.Обычно Йертл был весельчаком. Особенно в той части, где он становится королем Грязи.

Но Софи уже крепко спала.

Легковесные, подумала Джессика с улыбкой.

Она переключила трехпозиционную лампочку на самый низкий уровень, укутала Софи в одеяло. Она положила книгу обратно в коробку.

Она думала о Тессе Уэллс и Николь Тейлор. Как она могла не думать? У нее было чувство, что эти девочки еще долго не уйдут из ее сознания.

Сидели ли их матери вот так на краешках своих кроватей, восхищаясь совершенством своих дочерей? Смотрели ли они, как те спят, благодаря Бога за каждый вдох и выдох?

Конечно, они были.

Джессика посмотрела на фоторамку на прикроватной тумбочке Софи, рамку "Драгоценные моменты", украшенную сердечками и бантиками. Там было шесть фотографий. Винсент и Софи на берегу, когда Софи было чуть больше года. На Софи была оранжевая шляпка с широкими полями и солнцезащитные очки. На ее пухлых ножках запекся мокрый песок. На заднем дворе висела фотография Джессики и Софи. Софи держала в руках единственную редиску, которую они собрали в том году в контейнерном саду. Софи посадила семена, полила растение, собрала урожай. Она настояла на том, чтобы съесть редиску, хотя Винсент предупреждал ее, что ей это не понравится. Будучи артисткой труппы и упрямая, как маленький мул, Софи попробовала редиску, стараясь не поморщиться. В конце концов, ее лицо приобрело капустный оттенок от горечи, и она выплюнула ее на бумажное полотенце. Это положило конец ее сельскохозяйственному любопытству.

На фотографии в правом нижнем углу была мать Джессики, сделанная, когда сама Джессика была совсем маленькой. Мария Джованни выглядела потрясающе в желтом сарафане, держа на коленях свою крошечную дочь. Ее мать была так похожа на Софи. Джессика хотела, чтобы Софи знала свою бабушку, хотя Мария в эти дни была едва ли четким воспоминанием для Джессики, скорее образом, увиденным сквозь стеклянный блок.

Она выключила свет Софи и села в темноте.

Джессика проработала на работе целых два дня, а казалось, что прошли месяцы. Все время, пока она работала в полиции, она смотрела на детективов из отдела убийств так, как смотрят многие копы: у них была только одна работа. Детективы отдела расследовали гораздо более широкий спектр преступлений. Как говорится, убийство - это просто нападение при отягчающих обстоятельствах, совершенное неправильно.

Боже, неужели она ошиблась?

Если бы это была только одна работа, ее было бы достаточно.

Джессика задавалась вопросом, как и каждый день в течение последних трех лет, справедливо ли по отношению к Софи то, что она была полицейским, что она каждый день рисковала своей жизнью, выходя из дома. У нее не было ответа.

Джессика спустилась вниз, проверила парадную и заднюю двери в дом в третий раз. Или это был четвертый?

В среду у нее был выходной, но она не имела ни малейшего представления, чем себя занять. Как она могла расслабиться? Как она могла жить дальше, когда были зверски убиты две молодые девушки? Прямо сейчас ей было наплевать на колесо, на список дежурных. Она не знала копа, который бы заботился. В этот момент половина полиции пожертвовала бы сверхурочными, чтобы поймать этого сукина сына.