– Не факт, что у тебя получится им стать, – спокойно комментирует дерзкий выпад Стрельников, пока отец Станислава, побледнев, стискивает челюсти. – А вот получить первый наряд вне очереди удалось успешно, поздравляю, – добавляет молодой майор невозмутимо.

– Приношу свои глубочайшие извинения за неподобающее поведение моего сына, – спешит взять слово будущий мэр. Дабы тот не отреагировал первым.

– Разве ваш сын не в том возрасте, когда способен сделать это самостоятельно? – прилетает рикошетом от Стрельникова.

– Он обязательно извинится, товарищ майор.

– Не планирую, – сообщает брюнет, продолжая поражать присутствующих степенью своей наглости.

– ГРОМОВ! Сейчас же прекрати паясничать! – отец повышает на него голос.

Становится очень заметно, что он едва сдерживается. Скулы напряжены. Вена на шее вздулась и пульсирует.

– Что?

– Ты унижаешь честь и достоинство курсантов этого учебного заведения.

– Они тут, в отличие от меня, по своей воле. Да и вряд ли слышат это слово впервые, – ухмыляется, глядя на нашу шеренгу.

– Козёл, – тихо ругается кто-то из ребят.

Друзей после подобных высказываний ему тут будет завести непросто.

– Не забывай про нашу договорённость и мои условия, Стас, – холодно напоминает Громов-старший.

Что бы это не значило, парень недовольно поджимает губы и стискивает челюсти.

– Так. Кхм, – Шувалов прокашливается в кулак. – Андрей Владимирович, может пройдём в мой кабинет? Или желаете сперва осмотреть территорию и главный корпус?

– У меня встреча с избирателями в десять тридцать. Пожалуй, давайте сразу пройдём в ваш кабинет.

– Как будет удобно.

– Потомку подскажите, где получить другой «наряд», форменный, – уходя, не просит, а требует Громов-старший, напоследок припечатав сына тяжёлым, многозначительным взглядом.

– Сопроводим непременно.

– Благодарю. Успехов в учёбе и службе, курсанты.

Строй хором ему отвечает. Молчу из принципа только я, в этот момент исподлобья наблюдая за его отпрыском.

Брюнет от происходящего явно не в восторге и, судя по выражению лица, мириться со своей участью не собирается.

В поле зрения попадают знакомые часы, защёлкнутые на запястье. Они привлекают к себе внимание, бликуя от попадающих на браслет лучей солнца.

Сразу же возвращаюсь мыслями в тот ужасный вечер. Звонок с незнакомого номера. Угрозы. Поиски чужой вещи по всему дому. Поездка на велосипеде к Штормовому Мысу. И то, что пережила на вышке.

Чувствую, как внутри закипает злость. Особенно тогда, когда вижу вспухшие костяшки пальцев, являющиеся очевидным напоминанием того, что случилось с моим братом.

Поднимаюсь взглядом выше и сердце резко падает куда-то вниз. Потому что Громов-младший в эту самую секунду тоже смотрит прямо на меня.

Внутренности словно кипятком ошпаривают, однако глаз трусливо не отвожу.

Скорее наоборот, вздёрнув подбородок, открыто транслирую все те эмоции, которые ощущаю, ибо надежда на то, что он не узнает меня, погибает ещё в зачаточном состоянии.

Узнал, конечно. Не спасла ни форма, ни головной убор.

Пристально разглядывает, вскинув бровь, а я стою ни жива, ни мертва, с трудом вентилируя кислород. Дыхание становится поверхностным и рваным. Воздух будто застревает в горле, не насыщая лёгкие.

Кожа покрывается мелкой россыпью мурашек. По спине пробегает ледяной озноб. Ладони мгновенно потеют и становятся влажными. Мышцы напрягаются до предела. Плечи поднимаются, спина выпрямляется ещё сильней, а пальцы непроизвольно сжимаются.

Я будто натянутая струна. Тело готово к бою или бегству, разум лихорадочно ищет выход, спасенье, а душа балансирует между яростью и страхом. Каждая клеточка кричит: «Опасность!», но гордость, долг и упрямство заставляют стоять на месте, глядя врагу в глаза.

Уже сейчас понимаю, что ситуация грядёт кошмарная. Вероятность встретить Громова в колледже была равно нулю. Я вообще не предполагала, что подобное возможно. Рассчитывала на его отъезд в столицу, не перебирая в голове никаких других вариантов.

Боже, что же теперь будет?

Мысли мечутся словно запертые в клетке птицы.

– Товарищ майор, разрешите сопроводить бывшего одноклассника в главный корпус для получения формы, – подаёт голос Шмелёв.

– Разрешаю, – кивает Стрельников. – На первую пару не опаздывать.

– Есть не опаздывать!

Брюнет, слушая этот диалог, закатывает глаза и за Шмелёвым отправляется не сразу, вынуждая того ждать.

– И на хрена нам здесь сдался этот мажор? – возмущаются ребята, провожая взглядом его удаляющуюся фигуру.

– Вам не сдался, а нам в самый раз. Правда, девочки? – щебечет Тихомирова.

– Такой красавчик, – шепчется между собой женская часть нашего курса.

– Шувалов забьёт на оскорбление?

– Тупо спустит с рук? – интересуются мальчишки.

– Разрешите нам защитить честь мундира.

– Толпой желательно, – шумят недовольно.