Или, что скорее всего, ему было просто всё равно.



Они продолжали идти час, два, три. Лес вокруг них непрерывно менялся, но вскоре сменилось и освещение: дневной свет начал тускнеть, а небо над кронами — темнеть. Нервы Вири были на пределе при мысли о том, что придется провести ночь в Туманном лесу, но она старалась не подавать виду, постоянно сверяясь с картой. Если всё пойдет по плану, теория Рива о портале окажется верной, и к ночи они будут у башни Хранителя. А если нет…

Нет, — одернула себя Вири, подавляя ужас, пока тот не успел овладеть ею. Нет смысла переживать о проблеме, которой еще не существует — или, как говаривал её отец: «Проблема не проблема, пока она не станет проблемой». Куда полезнее было сохранять позитивный настрой и надеяться на лучшее, чем поддаваться негативу и подпитывать свои страхи.

Чтобы не зацикливаться на том, что ждет их в конце пути, Вири сосредоточилась на каждом шаге. Лес стал еще опаснее с наступлением сумерек: скрытые корни и камни заставляли её спотыкаться всё чаще.

Усталая, изможденная и мучимая жаждой, она уже собиралась предложить Риву короткий привал, чтобы попить воды, как вдруг деревья расступились, открывая небольшую поляну с полевыми цветами. Посреди неё петлял тихий ручей. Никакого тумана — вся местность была залита закатными красками: оранжевыми, розовыми, пурпурными, накрывшими всё вокруг, словно мягкое, уютное одеяло. Это выглядело так красиво и мирно, что Вири замерла в изумлении.

Но тут она услышала звук. Шепот прямо у самого уха.

— Бойся леса…

Вири резко обернулась, но рядом не было никого, кроме Рива, который вопросительно поднял брови.

— Бойся мглы…

На этот раз шепот раздался в другом ухе, и она снова крутанулась на месте, но всё еще никого не было.

— Бойся тайной…

— Ты слышал это? — потребовала ответа Вири.

— …кровожадной тьмы.

— Слышал что? — переспросил Рив.

На этот раз слова прозвучали громче, словно эхо доносилось отовсюду сразу.

— Бойся тварей…

— Вот это! — воскликнула Вири, чувствуя, как сердце пускается вскачь. — Считалочка! Скажи мне, что ты её слышишь!

— …что во тьме таятся.

Рив напрягся рядом с ней. — Я ничего не слышу.

— Бойся леса…

Мурашки пробежали по коже, когда последняя строчка прошептала прямо в уши.

— …Иль с жизнью попрощаться.

Концовка песни затихла, сменившись тишиной, которую нарушало лишь тревожное дыхание Вири. Она лихорадочно осматривала поляну в поисках хоть какого-то признака того, что они не одни, хотя знала: это невозможно. Они глубоко в сердце Туманного леса. Никто не мог…

Она ахнула, когда на той стороне, в зарослях, что-то шевельнулось. Из теней вышла фигура. Рив замер рядом, доказывая, что у неё не галлюцинации, и его руки метнулись к рукоятям кинжалов.

Но оружие не понадобилось.

Потому что фигура — это был не монстр черного тумана. Это был человек.

Знакомый человек.

Все мышцы тела Вири сковало от ошеломленного неверия при виде маленькой девочки, идущей им навстречу. Она выглядела здоровой и счастливой в чистом белом плаще, её песчаного цвета кудри были всё так же растрепаны, а карие глаза ярко блестели озорством.

— Джессалин, — выдохнула Вири. — Что… Как…

Она не смогла закончить вопрос. Сдавленный звук — не то всхлип, не то смешок — вырвался из её груди, и она бросилась вперед. Она отчаянно хотела обнять сестру Сорена; облегчение было настолько подавляющим, что ей было плевать, как Джесси сбежала от жнецов и нашла дорогу в смертоносный лес. Ответы могут подождать; сейчас Вири нужно было просто прижать её к себе и убедиться, что она действительно в безопасности.

Но не успела она сделать и двух шагов, как руки Рива обхватили её со спины, с силой дернув назад.

— Нет, Вири, стой!

Что-то в его голосе заставило её замереть — смесь срочности и ужаса, какой она никогда раньше в нём не слышала.

— Рив, что…

— Это не Джессалин, — резко отрезал он, всё ещё крепко держа её, словно опасаясь, что она снова рванет вперед.

— Что ты имеешь в виду? Конечно, это она! — Вири попыталась вырваться из его захвата, но его руки были как стальные тиски. — Пусти м…

Она не успела закончить требование, как губы Джесси растянулись в широкой, неестественно открытой ухмылке.

Вири в ужасе отпрянула к Риву: во рту существа она увидела три ряда бритвенно-острых зубов. Её едва не вывернуло от этого гротескного зрелища. Трансформация продолжалась: белый плащ превратился в черные лохмотья, укрывшие фигуру с ног до головы. Остались видны лишь бледные, слишком длинные пальцы с когтями вместо ногтей и болезненно-серое лицо существа, которое решительно не было Джессалин. Но хуже всего были глаза — ярко-алые щелки, светившиеся из глубины капюшона; один взгляд на них пробрал Вири до костей.