Меня предупреждали, что так и будет. Именно поэтому маги веками избегали посещения Элвердайна и никогда раньше здесь не жили. Магия… она нестабильна. Опасна. До недавнего времени никто не понимал почему, знали лишь, что она для нас небезопасна. Но теперь у нас есть ответ: где-то на этом острове скрыт затерянный Поток Святости. Это поразительно — так долго мы верили, что в нашем мире есть только два священных источника, питающих его магией, когда на самом деле их было три. Маги-ученые были в экстазе, когда перевели Древние тексты, открывшие существование третьего потока, и теперь они одержимы идеей добраться сюда, найти его и изучить, будь прокляты любые риски.

И здесь есть свои риски. Два других Потока Святости находятся на материке и окружены естественными барьерами, защищающими население, но тот, что здесь… Между нами и элликсеном, изливающимся из него, нет никакой преграды, нет ничего, что заставило бы всю эту мощь подчиниться нашим требованиям.

Магия… она настолько сильна, что я почти чувствую её вкус. Я пока не могу сказать, игривая она или злобная, хочет она помочь или навредить. Но что я могу сказать точно — она опьяняет, до опасной степени. Маги на протяжении всей истории были правы, избегая этого места, даже боясь его, потому что такая сила… если бы нашелся способ подключиться к ней, подчинить её…

Поддаться такому искушению — значит лишь обречь себя на смерть.

Я, однако, не обеспокоен, поскольку не намерен рисковать своей жизнью ради чего-то столь бессмысленного, как жажда большей магии. Я здесь по одной причине: быть представителем Небесного Ордена — избранным Его Преосвященством, самим Лордом-Магом Небесного Ордена — и предложить свои услуги в качестве Мага-Жреца «пустым». Я просвещу их. Я наделю их силой. И они полюбят меня за это.

К несчастью, будучи единственным небесным магом, решившимся отправиться сюда, я вынужден в одиночку терпеть остальных моих собратьев, прибывающих с материка — не только магов-ученых, зацикленных на поисках Потока Святости, но и магов-созидателей, чародеев, магов стихий, магов-целителей, магов-усилителей и многих других, у всех из которых грандиозные идеи по развитию острова, включая расширение спокойного городка в сложный, детально проработанный город. Часть меня ненавидит их надменное превосходство, но… хотя мне, может, и не по душе властные способы, которыми они используют свою магию, даже я могу признать, что наше присутствие здесь улучшит жизнь «пустых». То, что мы можем совершить… Это простой факт: мы, маги, — высший вид. Магистрат Гаррин принимает это, как и многие из его народа. Они благодарны нам за то, что мы осваиваем их остров, и с нетерпением ждут, как мы сможем помочь им в развитии. Что же касается остальных жителей Элвердайна… ну, чем скорее они примут нас, тем счастливее будут.

И ради их блага — и моего собственного — по крайней мере, здесь пока нет магов-алхимиков с их пытливыми умами и безрассудными экспериментами. Да помогут нам всем Древние, когда кто-то из них прибудет. Я знаю, это лишь вопрос времени — первозданная магия Потока Святости будет слишком большим искушением, чтобы они смогли устоять, не говоря уже об интриге, которую представляют собой эта новая земля и её люди. Я могу подтвердить это сам.

Одно можно сказать наверняка: Элвердайн — это чистая страница, полная неопределенности и переполненная возможностями.

Какое грандиозное это будет приключение.

5

Когда Вири наконец вернулась в свою квартиру после целого дня сортировки, ей казалось, что прошло лет триста.

К счастью, за последние несколько часов поступило всего несколько отчетов о пропавших детях, и все эти дела были старше полугода. Это заставило её усомниться, не выдумала ли она угрозу, просто чтобы занять чем-то ум. Навязчивое беспокойство улетучилось, как только она покинула кабинет с подавляющими магию чарами, оставив лишь крошечный узелок тревоги — как раз настолько, чтобы продолжать приглядываться к документам в ближайшие дни.

Впрочем, сейчас Вири не хотела даже думать об архивах, особенно когда в планах на вечер было что-то гораздо более приятное. Была пятница, а это означало —

— Семейный вечер! — взвизгнула Уинтер. Она уже была в пушистой фиолетовой пижаме и набросилась на Вири, едва та переступила порог. — Ты почти опоздала!

— Ключевое слово — «почти», — ответила Вири, снимая алый плащ и разминая затекшие шею и плечи.

— Давай быстрее переодевайся, — Уинтер подтолкнула её в сторону спальни. — Сорен и Джесси уже здесь. Мама достает игры. А я отвечаю за закуски.

Вири замерла на полпути и обернулась, чтобы бросить на подругу предупреждающий взгляд.

— Никаких странностей, Уин.

— Странностей? — Лицо Уинтер стало маской невинности. — У меня?

— Я серьезно, — сказала Вири. — Никаких экспериментов. Не так, как ты делаешь с… — глаза Уинтер округлились от испуга, пока Вири не закатила глаза и не закончила: — …кофе.

Это был не первый раз, когда они использовали слово «кофе» вместо «алхимия», особенно когда поблизости была Сариэль. Впрочем, та редко бывала в пределах слышимости — обязанности Магистрата часто удерживали её вне дома. Пятничные вечера были исключением; время, которое она выкраивала, несмотря на плотный график, чтобы показать: семья всегда на первом месте.

— У меня был тяжелый день, — продолжила Вири, — и мне нужна простая еда, а не несварение желудка. Обещай.

— Никакого несварения, обещаю, — быстро согласилась Уинтер.