— Никогда не пойму, почему награда победителя — это право наказать проигравшего. Мы что, садисты? — пожаловался Сорен. Его ворчливость была напускной — из всех них он был наименее склонен таить обиду или плохо проигрывать.

— А кто такие садисты? — спросила Джесси, наклонив голову. — Это не что-то связанное с сексом?

Уинтер, только что сделавшая глоток игристого сока из бузины, едва не выплюнула его на стол.

— Определенно нет, — твердо сказал Сорен.

— Ну, вообще-то, может быть, — пробормотала Уинтер, вытирая сок с подбородка. — Почитай книжки иногда, Сор.

Взгляд, который он на неё бросил, заставил Вири закашляться, скрывая смех.

— Это не самая подходящая тема для обсуждения, — мягко заметила Сариэль, хотя её слова опровергались смешинками в глазах. — Давайте сменим тему, хорошо?

— Мне почти четырнадцать, — возразила Джессалин. — Тебе не обязательно относиться ко мне как к ребенку.

— Ты всегда будешь для меня ребенком, милая девочка, — Сариэль обвела взглядом стол. — Это касается всех вас.

— О, нет, мы дошли до той части вечера, когда начинаются «чувства», — сказала Уинтер с комичной дрожью. — Скорее, Вири, назначай Сорену наказание, пока мама не начала изливать эмоции.

Вири была слишком уставшей, чтобы придумывать что-то креативное, поэтому выбрала вариант попрактичнее:

— Ты будешь должен мне услугу. Любую, какую я выберу.

Сорен был достаточно великодушен, чтобы не упоминать услугу, которую он уже оказал ей этим самым утром.

— Только пусть это не будет ничего странного, — предупредил он. — И помни: как аукнется, так и откликнется. В следующий раз, когда выиграю я, а проиграешь ты — берегись.

Вири не могла вспомнить, когда в последний раз Сорен выигрывал в играх на семейных вечерах. Но она промолчала, лишь улыбнулась про себя и помогла Сариэль убрать игровое поле, пока остальные расчищали стол от еды, пока комната снова не стала безупречно чистой.

— Пора укладывать эту особу спать, — сказал Сорен, закидывая руку на шею Джессалин.

Она в ответ толкнула его локтем.

— Красота требует жертв только одному из нас, и это точно не я.

— Тут она тебя подловила, — зевнула Вири. — С таким лицом тебе нужна вся помощь, которую только можно получить.

Сорен ни на секунду не смутился:

— К твоему счастью, в жизни есть вещи поважнее внешности.

Вири рассмеялась:

— Какой очаровашка.

— Все лучшие фразы я приберегаю для тебя, Солас.

С этими словами он насмешливо помахал рукой на прощание и повел сестру к выходу.

Повернувшись к Уинтер и Сариэль, Вири в шутку спросила:

— Напомните-ка, что мы в нем нашли?

— У него очень симпатичная пятая точка, — серьезно ответила Уинтер. — Да и спереди он тоже неплох.

Вири подавилась воздухом:

— Уин!

— Что? — сказала та с невинным видом. — Объективно говоря, это правда.

— Это наш лучший друг, если что.

— Да, и у нас обеих есть глаза. Черт, я с ним даже встречалась, так что поверь мне, он прекрасен во всех…

— Ла-ла-ла, я ничего не слышу! — Вири перебила её, заткнув уши.

Сариэль выглядела так, будто не знала, смеяться ей или морщиться.

— На этой ноте, думаю, пора всем нам расходиться по комнатам.

— Полностью согласна, — подчеркнуто ответила Вири.

— И я, — добавила Уинтер. Но, несмотря на слова, она направилась к входной двери. — Мне просто нужно забрать кое-какие записи, которые я забыла принести домой. Они нужны мне для задания на выходные.

Брови Сариэль нахмурились:

— Это не может подождать до завтра?

— Прокрастинация — убийца мечты, мам. Но не волнуйся, я возьму Вири с собой за компанию.

Вири уже хотела запротестовать, но поймала взгляд Уинтер и поняла, что подруга направляется вовсе не в Гильдию целителей, а в свою секретную лабораторию, чтобы практиковаться в алхимии — то, в чем Вири пообещала ей помочь, а потом благополучно забыла.

Вири пожалела о сделке, которую заключила ранее, но у неё не было времени придумать оправдание: Уинтер уже начала утаскивать её прочь.

— Не жди нас, мам, — крикнула Уинтер через плечо.

И, не имея возможности возразить — и мысленно проклиная подругу на чем свет стоит, — Вири была выдернута за дверь.

6

— Я знаю, что говорила тебе не пропускать тренировку сегодня, — произнесла Мира следующим утром, и её коммуникационный амулет блеснул на фоне шрама на шее, — но я также ожидала, что ты будешь в состоянии бодрствования.

Вири охнула, когда наставница нанесла очередной удар — на этот раз мощный пинок в живот, который вышиб из неё дух и заставил темно-зеленые стены тренировочного зала Гильдии охотников закружиться перед глазами.

— Я… бодрствую, — прохрипела Вири, подняв руку, чтобы попросить минутную передышку.

Мира не дала ей такой возможности, бросившись в новую атаку. Вири пришлось поспешно отползать назад по большому серому мату, отчаянно пытаясь восстановить дыхание.