— А потом вы откуда-то вылезли, — с ненавистью закончила она.

— Не в ваших интересах так со мной разговаривать.

— Зачем вы вообще меня позвали? Поиздеваться? — Голос у неё дрогнул.

— Вовсе нет, — голос мой звучал жёстко, но только потому, что госпожа Веллингтон сама так себя повела, — такой привычки за собой не держу. — Я сделала паузу. — Я хотела предложить вам работу.

Она уставилась на меня, будто я предложила ей что-то неприличное.

А я и в самом деле чувствовала себя обязанной этой женщине и её детям. Человеку, чьё имя я примерила, чтобы спрятаться, я хотела вернуть долг хотя бы заботой о его семье. Но жизнь давно научила меня: помогать просто так — только портить людей, потому что люди ценят только то, что даётся с трудом. Поэтому я предложила ей не милостыню, а работу.

Она не оценила.

— То есть вы хотите, чтобы я работала на вас? А вы будете платить мне деньгами моего мужа?

— Нет. — Я уже пожалела, что решила войти в её положение. — Я буду платить вам своими, честно заработанными.

Она вскочила.

— Не знаю, как вы это провернули, — процедила она. — Но, попомните моё слово, я дойду до самого герцога Оранского, и верну то, что принадлежит мне по праву.

Я лишь развела руками.

— Ваше право, только имейте в виду, если всё же передумаете, то моя дверь будет открыта.

— Не дождётесь! — эмоционально заявила вдова.

Дверь за госпожой Веллингтон хлопнула так, что задребезжали стёкла.

А я подумала, что надо было бы всё-таки выспросить их точный адрес, чтобы взглянуть, как они там живут на самом деле. Пусть она и отказалась от работы, но, возможно, пройдёт пару дней, и она одумается.

Когда проверяльщики ушли, я наконец-то осталась одна, можно было поразмыслить с чего мне начать. И самым важным для меня было узнать, как там, оставшиеся лежать на дороге мои люди. Каждый раз, когда я думала об этом, сердце моё сжимала тоска. Живы ли они?

А ещё подумать, как передать Галатее с дочерью, куда им надо приехать.

Чем больше я об этом думала, тем сильнее укоренялась в мысли, что самым безопасным будет попросить Люка помочь.

И решила, что сейчас начну с банка, а потом заеду к Ларе, сестре Люка.

Но я не успела даже выйти за порог.

В дверь снова постучали.

«Да что за проходной двор», — подумала я, идя открывать. А когда открыла, то удивилась так, что все планы разом вылетели из головы.

Дорогие мои!

Вот ещё одна книга из нашего пышного литмоба

Жена не по размеру, или Сюрприз для бывшего

Иванна Флокс

Глава 17

За дверью стоял Люк, но это полбеды, рядом с ним, возвышаясь над парнем почти на голову стоял… «капитан Джон Сильвер», ему только попугая на плече не хватало, который бы кричал про «пиастры». А так всё было на месте, и растянувшаяся на мощной груди тельняшка, потёртая и просоленная кожаная куртка, серый, потерявший цвет от соли платок на голове, и деревяшка вместо левой ноги.

Повязки на глазу не было, но густая, борода, делала его лицо ещё суровее.

Если бы не широко улыбающийся Люк, я бы захлопнула дверь и убежала прятаться.

Но Люк поздоровался, и сразу представил своего спутника:

— Знакомьтесь леди Элла, это лучший кок королевской флотилии, Джек Уорд.

Я чуть было не вскричала, но вовремя себя остановила, прикусив губу. Вряд ли здесь знают Джека Воробья.

Только сейчас я заметила, что рядом с деревянной ногой «лучшего кока королевской флотилии» стоит сундук. И образ списанного на берег пирата стал ещё более объёмным.

— Проходите, — вздохнула я, понимая, что это либо новые проблемы, либо новые возможности.

В процессе разговора выяснилось, что Джек пару лет назад был списан на берег, но так и не нашёл себя на берегу. Недавно он переехал на остров Туллог.

— Поближе к солнцу, мисс, — прогрохотал Джек, бас которого, наверное, мог греметь в Большом театре. — Да только никому не нужен здесь кок. — И Джек покосился на сундук, а я подумала, что, наверное, и жилья у него нет.

Но Люку я доверяла, поэтому спросила:

— Джек, я только начинаю своё дело, поэтому сразу много вам платить не смогу.

— Мисс, я и рыбу и жаренку, и запекать, и мясо, и овощи могу готовить, — мужчина говорил, а я, как наяву почувствовала аромат жареной рыбки.

Джек вдруг скис, и вздохнув, произнёс:

— Вот только булки и пирожные там всякие не могу. Не было опыта, — а потом спохватился, — зато я ведь не только готовить могу, я и поставки налажу, и рыбка свежая, и мясо, и овощи. Мимо меня ни одна гнилушка не пролетит.

И я ему сразу поверила.

Люк добавил:

— Я лично ручаюсь, леди Элла, не пожалеете.

Интуиция моя молчала, даже наоборот, я действительно прониклась к Джеку Уорду необъяснимой симпатией. Бывает же так: впервые видишь человека, и вдруг понимаешь что ему можно верить. Не подведёт.

— Я вас беру! — улыбнулась я.