— Она тебе не малышка! Она любит меня, сама мне только что это сказала! — зверем шипел Арсений.

— Это правда, Милана? — в противовес резким, разочарованным ноткам голоса, ладонь Кирилла с щемящей нежностью накрыла мою щеку.

А я всхлипнула, не в силах ничего ответить.

Я так устала пытаться сделать выбор. Я так чертовски устала!

— Детка, скажи ему! — шептал мне на ухо, словно змей-искуситель блондин.

— Он ведь врет? Да, Милаш? Одно слово — и я сотру его в порошок, за то, что он без спроса прикоснулся к тебе, — до преступного минимума склонился к моим губам брюнет.

Не без спроса. О нет. Я ему все это позволила. Врубила, черт возьми, зеленый свет. Точно также, как и для тебя.

Я гнусная. Я развратная. Я мерзкая!

Я не достойна их!

— Не молчи, Милана!

— Я твой, скажи? — наперебой принялись закидывать меня вопросами парни.

— А я?

— Ты ведь меня выбрала, малышка?

— Нет меня!

— Я люблю ее! Она — моя!

— Закрой свой рот! Она никогда тебя не выберет! Так же, Милаша?

И все это одновременно с тем, как они оба ко мне прикасались. Арс — мял грудь, кружа вокруг перенапряженных сосков. Кир — наглаживал между ног, всего лишь в паре сантиметров от моей пульсирующей плоти.

И меня рвало внутренне на части. И одновременно с тем, будто бы на адской сковороде поджаривало.

Стыдно. Больно. Страшно.

За гранью добра и зла!

— Отпустите меня, пожалуйста..., — прохрипела я, дернувшись раненой птицей, но никто даже мало-мальски не отреагировал на мои слова совершенно.

Кажется, меня только еще больше расплющили между двоих горячий, взмыленных от напряжения тел. И я с ужасом понимала, что мы свернули куда-то не туда. Зрачки Кира расширились. Арс задышал тяжело и часто. А я...

А я не знала, как до них достучаться!

Потому что сначала нужно было достучаться до себя...

Глава 28.2

Милана

— Что он несет, Милана? Ты правда хочешь быть с ним? — тянул меня один брат на себя.

— Почему он так в себе уверен, малышка? Ты что-то ему обещала? — сжимал меня руками второй.

— Она обещала мне все!

— Схлопнись, блядь! Нихуя она тебе не обещала!

— Отпустите..., — рванулась я прочь, но тут же была приколочена обратно, но только еще сильнее.

— Отпущу, если скажешь мне правду!

— И мне!

— Хватит! Прошу вас! — взмолилась я.

Но, как об стенку горох — меня никто даже близко не слышал. И видит бог, парни давно уже бы сцепились друг с другом, если бы между ними сейчас не стояла я. Пока они оба собственнически ко мне прикасались.

И словно бы клеймили своими руками.

— Он тебя запугал, поэтому ты молчишь?

— Ебало завали! Мне Милану пугать не надо, чтобы я ей понравился.

— Сейчас я тебя так отделаю, что ты отражения собственного пугаться будешь!

— Рискни здоровьем!

— Умоляю вас! Не надо..., — бормотала я, крутя головой, напарываясь, то на черные глаза, то на бесконечный лед голубых.

Облизнулась нервно и выпалила, понимая, что стала виновником ссоры между двумя родными людьми. Я ведь всего лишь никчемная самка, которая не смогла сделать правильный выбор. И эти двое не должны из-за глупой девчонки опускаться до взаимных обвинений.

Он ни в чем не виноваты!

Тогда, как я...

— Прекратите! Не надо ссориться, я вас умоляю! Я того не стою!

— Ты стоишь гораздо больше, Милаш!

— Я за тебя любого порву!

Ох, черт! Да они рехнулись!

Но что же мне теперь делать, а? Как поступить? Я же себя никогда не прощу, если эти парни из-за меня устроят друг другу самосуд.

Лучше сдохнуть!

На глаза навернулись слезы. Веки разбухли. Я всхлипнула. И уже почти разревелась, загнанная отчаянием в угол.

А потом случилось это — маленькая смерть.

И я не смогла отказать себе в этой сахарной и такой вожделенной пилюли опьяняющего облегчения и краткой, но передышки в эпицентре этого эмоционального шторма.

Хотя бы на жалкое мгновение.

Да...

— Ты ведь любишь меня, девочка моя? Скажи, что это не так и я тебя отпущу, клянусь, — дернул меня на себя Арс, поднял руку и повернул мое лицо к себе, тут же обжигая мот рот своим.

И я позволила себе прикрыть глаза, потому что вдруг ощутила мощный, болезненный удар огненного шара в низ живота. Нестерпимый! Хлесткий! Почти убийственный!

А он все целовал. Глубоко. И жарко. И ритмично. А у меня кровь за секунду вскипела, превращаясь в разрушающую все на своем пути лаву.

— Пиздец! — дернул меня на себя Кирилл и тут же зарычал в мои губы, прихватывая меня жестко за шею и не позволяя увернуться. — Тебе понравилось с ним, да?

— Что?... Нет, я просто...

— Ты его выбираешь, Милана?

Что сказать?

— Ей понравилось. И да, она выбирает меня! Усек? А теперь свалил отсюда на хер! — самодовольно цедил за моей спиной Арс.