Если она узнает всю правду обо мне, то мне не сносить головы. Ибо меня тут же наградят всеми нелицеприятными титулами.

Лгунья.

Шлюха.

Развратница.

Позор семьи!

Эти слова бились в голове отбойным молотком, взбивая мои мозги в крутую пену. Но они не могли заглушить другое — огонь нашей любви. И я верила, что даже если наши отношения раскроются, то братья Ремезовы не дадут меня в обиду.

Они ведь чувствуют тоже, что и я!

— Что нам теперь делать, Кир? — прижала я в панике ледяные ладони в пылающим щекам, но парень тут же меня успокоил.

— Я позвоню брату, он мигом домчит тебя до дома.

— Но...

— Окажешься на месте раньше матери, я тебе обещаю.

— Ладно..., — закусила я нижнюю губу почти до крови, но доверилась каждому его слову.

А там уж и правда во входную дверь позвонил Арсений. Словно бы ждал, когда мог бы к нам нагрянуть. Словно бы был где-то совсем рядом. Ровно через пятнадцать минут, и этого времени мне тика-в-тику хватило, чтобы привести себя в порядок. Чтобы нельзя было сказать, что еще совсем недавно меня заставили сосать член и глотать сперму. И орать от оргазмов. И плавиться от любви, нежности и запредельных эмоций.

Вот только кого я собиралась обмануть?

Арс вошел молча.

Закрыл за собой дверь. И тишина в комнате стала осязаемой, будто бы воздух сгустился до состояния киселя от напряжения. И взгляд его, обращенный на меня, был чересчур тяжелый и понимающий. Слишком понимающий. Он придавил меня железобетонной плитой, и я не выдержала, метнувшись к этому парню, в глазах которого плескалась болезненная уязвимость.

— Арс? — обняла я его за талию, прижимаясь к нему всем телом и с мольбой заглядывая в штормовые голубые глаза.

Но тот лишь дернул подбородком, кивнул мне с грустной улыбкой и прохрипел надломлено, заправляя выбившуюся прядку из моей косы за ухо:

— Я отвезу тебя домой, принцесса. Ты готова?

— С тобой? Хоть на край света.

Позади с громким лязгом что-то ударилось о раковину и разбилось. Послышалось тихое чертыханье Кирилла. За ним и крепкий, заковыристый мат.

Арсений опутал меня своими сильными руками и прижал к груди, в которой слишком быстро билось его сердце. А затем я услышала его рычащий баритон, обращенный к брату:

— Мы попрощались.

И он потащил меня на выход, а я успела лишь послать Кириллу быструю улыбку, которая тут же завяла. Потому что парень стоял, вцепившись до побелевших костяшек в кухонную столешницу, и сверлил нас препарирующим взглядом исподлобья.

Дальше?

Лифт. Подземный паркинг. Машина Арса.

Меня усадили на переднее сидение и пристегнули. Сам водитель расположился за рулем и с пробуксовкой тронулся с места. Так, что я, тихо охнув, вжалась в сидение и боялась лишний раз слово молвить.

Но напрасно.

Потому что Арс первый разорвал эту звенящую тишину. И то, что он сказал, разнесло меня на атомы от стыда и бесконечной любви, что я питала к этому парню. Потому что он ревновал. Адски. И сейчас всеми правдами и неправдами боролся сам с собой.

Но проиграл.

Потому что ничего не мог с собой поделать.

Сильные руки сжали оплетку руля до жалобного скрипа, а в меня впились покрасневшие от муки глаза, и надломленный голос облил мое сердце серной кислотой сожаления:

— Тебе это понравилось?

— Что? — дернулась я, как от выстрела.

— Понравилось то, что ты сделала для Кира?

— Арс...

— Просто ответь мне, Милана. Я имею право знать. Если, конечно, ты еще моя девочка.

— Я...

— Говори!

— Боже, да! Понравилось! — пискнула я и закрыло лицо ладошками, шумно всхлипывая.

Машина резко тормознула в дорожном кармане. Меня дернули на себя сильные руки и вжали в грудь, что так прекрасно пахла любимым человеком и терпкой сладостью. А затем голос, вкрадчиво и нежно, укутал меня в свою бархатистую глубину.

— Прости, малышка. Прости. Я не имел права так газовать. Просто я… Просто я тоже так хочу, Милана. Тоже хочу, чтобы ты меня так любила. Понимаешь?

Он отстранился и медленно провел по моему рту большим пальцам, сминая нижнюю губу и чуть касаясь зубов.

— Скажи, ты сделаешь это для меня? Пожалуйста, детка. Сделаешь? — столкнул он нас лбами и заставляя улетать от нежности в параллельную вселенную. В которой я хотела бы остаться с этим парнем навсегда.

Навечно.

— Сделаю, — прошептала я.

И тут же потонула в глубоком, страстном, совершенно бесстыдном поцелуе...

Глава 36.1

Милана

Остаток пути до дома мы провели без слов. Они нам были без надобности. Вместо них мы говорили друг с другом прикосновениями и взглядами. Наши пальцы жарко переплетались, а глаза то и дело напарывались друг на друга, высекая искры.