— А, да, забыла сказать. Отец уже снял нам чудесный дом в тишине Ладожских шхер. Совместим приятное с полезным. И на свадьбе погуляем и на лоне природе отдохнем. Правда же здорово?

— Просто великолепно, — промямлила я.

А затем, не разрывая телесного контакта, поплелась вслед за матерью, которая уже принялась обсуждать, что нам надеть на грядущее торжество, какие прически сделать и макияж.

Но я ее не слушала.

Я задыхалась.

Потому что что-то мне подсказывало, что мой бесславный финал все ближе и ближе.

И эта поездка в Карелию спасением от братьев Ремезовых не станет.

Она им будет только на руку...

Глава 32 – Человек сломался

Милана

Несмотря на все мои страхи и переживания, попытки более не появляться на глаза братьям Ремезовым, атмосфера в нашем неправильном трио все равно продолжила странным образом накаляться. Я думала, что после инцидента в библиотеке, они будут и дальше атаковывать меня своими руками, губами и поползновениями.

Но эти двое внезапно ударили меня тем, чем я совсем не ожидала.

Романтикой.

И это было еще хуже, чем ломать меня запретными желаниями. Потому что нежность выносит мозги из черепной коробки иначе: мягко и незаметно. Так, что оглянуться не успеешь — и все. Ты уже рабыня порочных чувств.

Все началось с цветов в понедельник. Во время завтрака, на котором, к слову, присутствовали и эти бессовестные интриганы и смотрели на меня с вызовом, мне сообщили, что на мое имя доставили два букета.

Один — охапка синих роз. А в них карточка: «Ты — мой космос».

Второй — корзина белоснежных пионов. И тоже с посланием: «Не могу без тебя дышать».

И в обоих случаях стояла приписка: «Твой Р.»

Я по наглым глазами парней понимала без излишних пояснений, что Р — это вовсе не Ренат.

Это — твой Ремезов!

Дальше — больше.

Они закидывали меня ежедневными сообщениями. С пожеланиями доброго утра и хорошего дня. Арсений во вторник особенно отличился заботой:

«Сегодня на улице будет ветрено, малышка. Пожалуйста, не забудь укутаться как следует».

Кирилл в среду:

«Не верь обманчивому солнцу, Милаш. Передают дубак, одевайся теплее».

Потом пошли подарки серьезнее. Один брат подарил мне томик «Гордости и предубеждения» в кожаном переплете и золотом теснении. Второй — платиновый браслет, где на внутренней стороне был выгравирован отпечаток его пальца и всего два слова: «я — твой».

В четверг мне доставили картину, нарисованную маслом и настоящим художником. Там был изображен мой портрет. Я улыбалась и выглядела такой счастливой. И еще следом — коробочка, в которой я обнаружила флакончик духов с пояснением, что этот аромат был создан парфюмером специально для меня.

Я нанесла капельку на запястье и вдыхала этот божественный запах, пока не заснула. И да, боже, каюсь! Представляя, что мы живем в мире, где никто не осуждает за любовь втроем. Потому что нет ни сил, ни желания выбирать. Есть только чувства безграничные, от которых хотелось плакать.

Потому что кто-то, какой-то идиот, сказал, что они неправильные. Грешные. Запретные. Что так нельзя!

Но как же? Вот же я любила. Всем сердцем! И больно мне было уже не потому, что сама в этом топком болоте топилась, а потому что мальчики мои вдали от меня мучились и страдали. И закономерно не верили, что я решусь на последний шаг. И по понятным причинам боялись, что я пойду на поводу у чопорного, зашоренного нормами неудобной морали общества.

И все-таки скажу кому-то из них жесткое и безапелляционное «нет». Или сразу каждому.

К выходным я ненавидела весь мир!

Сидела на паре и разглядывала новые презенты от Ремезовых. Кирилл преподнес мне коробочку, в которой лежали конвертики в виде сердца и на каждом было написано: открыть, когда грустишь, когда плохое настроение, когда мучает бессонница, когда скучаешь по мне, когда мы поссорились...

Последний я открыла прямо на паре. И расплакалась.

Потому что внутри было от руки написано такое простое и очень мне нужное:

«Лучший день в моей жизни — это тот, когда я встретил тебя. Ты у меня есть — остальное не имеет значения. Мы все победим. Главное — вместе!».

А на последней паре у меня и вовсе случилась форменная истерика, так как курьер доставил мне презент от Арсения — банку, заполненную маленькими бумажными свертками. А на ней название — «сто причин, почему я люблю тебя».

«Потому что ты до сих пор краснеешь, когда я смотрю на тебя слишком долго».

«Потому что ты умеешь делать обычный вторник праздником одним только своим взглядом».

«Потому что, когда ты рядом, я не боюсь завтрашнего дня — с тобой я готов на всё».

«Потому что мое сердце выбрало тебя!»

Все это гнуло меня похлеще зубодробительной лобовой атаки страстью. Я буквально чувствовала, как моя стальная воля натужно скрипела под гнетом эмоционального шторма. Я плавилась. Я прогибалась.

И я скучала!

Да, черт возьми. Да!