Для нормального человека это ПТСР на всю оставшуюся жизнь. Для меня — обычная, рутина перерожденца, привыкшего из жизни в жизнь устраивать разного рода кровавые, но эффективные «шоу». Да и про черту «Жребий Судьбы» я не забываю, как она и, к сожалению, не забывает обо мне, подкидывая на голову локальные апокалипсисы. Быть в эпицентре дерьма — мое призвание. Буквально. Теперь ещё и системно подтвержденное.

Но вот найти тихое, комфортное место, где я могу позволить себе просто расслабить мышцы шеи… И уж тем более найти того, с кем я могу это приятное, мирное время провести, не ожидая ножа в спину… Это уже логистическая и психологическая проблема совершенно другого калибра.

Объективно я понимаю, что дело кроется в моей сломанной напрочь, перекроенной тысячелетиями психике. Как бы я ни цеплялся за остатки базовой, моральные принципы и прочую социальную шелуху… Как бы суЧность Системы ни правила мне мозги после каждого нового забега, вероятно, стирая напрочь самое травмирующее и невыносимое дерьмо прошлых жизней, я всё равно оставался безнадежно сломанным механизмом по меркам любого среднего человека.

Мне сложнее доверять. Мне физически сложнее привязываться к людям. А Ключевых Персонажей местных вселенных я зачастую воспринимаю именно как персонажей или полезный лут, а не как живых, самостоятельных личностей.

Да что уж там кривить душой, я давно делю всех встречных людей на статистов и персонажей. Персонажи еще достойны какого-либо аналитического интереса, их можно использовать или с ними можно вести диалог. Статисты… Ну, чаще всего я даже не утруждаю себя запоминанием их имен. И нет, я не мучаюсь бессонницей или совестью из-за этого. В конце концов, в данном аспекте солипсизма я не сильно отличаюсь от условного восьмиклассника с соответствующим синдромом, считающего себя центром мироздания. Да и учитывая мой бесконечный опыт, было бы откровенно странно и неэффективно воспринимать расходный материал иначе.

Речь лишь о том, что слишком давно я не смотрел на хорошего, искреннего человека и видел в нем именно хорошего человека, а не статиста или заскриптованного персонажа чужой истории.

Супермен. Я знаю, что по всяческим канонам он — символ надежды, безупречный герой, абсолютный добряк и всё такое прочее. Но сколько бы вариаций комиксов DC я ни посещал в своих перерождениях, воспринимать Кларка как отдельную, сложную личность в отрыве от его сине-красного образа у меня просто не получается. Функция, обернутая в плоть.

То же самое применимо и к Бэтмену, даже к местному нищему строителю. И к классической Чудо-Женщине. До тех самых пор, пока я не встретил местную Диану.

И ведь, если вдуматься, мы провели вместе не то чтобы много времени. Буквально несколько часов. Да что уж там, это время даже не было излишне эмоциональным, полным сострадательных бесед или пафосных откровений о тяжелом детстве. Я просто пришел, убил сначала одну мелкую тварь, потом другую — гигантскую, параллельно с этим мимоходом признавшись, что являюсь массовым убийцей, террористом и вообще живу дольше семнадцати тысяч лет.

Казалось бы, всё это — мелочь, рабочая статистика. Для меня так точно. Но вот для Дианы… Она не отшатнулась, не начала читать мораль и не попыталась меня «спасти» от самого себя. Она выслушала, приняла к сведению и пообещала дружбу.

«Чувствую себя миллиардером, на которого внезапно повелась искренняя деревенская простушка… Прямо как в дешёвых мыльных операх», — я криво усмехнулся и покачал головой, отгоняя эти мысли и переводя взгляд на Диану. Магический ритуал девушки, над которым она корпела уже почти два часа, наконец перешёл в свою финальную стадию.

Воздух над поляной загудел, наполнившись густым ароматом свежескошенной травы и потревоженной земли. Древний, замшелый монолит в центре ярко вспыхнул. И из земли, повинуясь властным жестам амазонки, с глухим тектоническим рокотом начали вырастать стены.

Сначала это были просто переплетенные, толщиной в руку корни, стремительно каменеющие и превращающиеся в прочный фундамент. Затем вверх потянулись гладкие, идеально ровные плиты белого мрамора и массивные балки из темного, неизвестного мне дерева. Стены, дверные проемы, внутренние перегородки — всё это извивалось, росло и изменялось под прямым влиянием воли девушки, черпающей силу из глубоких подземных артерий.

Выглядело это… действительно волшебно. Иначе, без сарказма, и не скажешь. Магия созидания в ее первозданном, монументальном виде.

С каждой новой минутой античный храм становился всё масштабнее, многослойнее и массивнее. Диана, чье лицо блестело от пота, вскидывая руки с зажатыми в пальцах пучками трав, несколько раз прямо на ходу меняла положение некоторых внутренних комнат и общую, сложную композицию крыши.

— Как думаешь, Чарльз, — тяжело дыша, она в какой-то момент повернулась в мою сторону, не опуская рук, — достаточно ли здесь будет места для нас двоих и наших будущих союзников? Я могу расширить южное крыло.

— Более чем достаточно, принцесса, — тепло улыбнулся я, не вставая с травы. — Расслабься. Это в первую очередь твое личное святилище и дом, а не проходной двор для всех униженных и оскорбленных.