— Первый вариант — это использование твоего Лассо Жертвы, — сходу озвучил я свою догадку, скрестив руки на груди. — Но, как ты сама говорила, его трансмогрификация действует только при непосредственном физическом контакте тела с Лассо, а это… Не вариант, — я сам же и закончил мысль, отрицательно покачав головой, — Лассо принадлежит тебе, оно опасно в использовании, и пусть так и остаётся в твоей сумке. Что по второму способу?

— Мама в детстве читала мне перед сном одну сказку об особом артефакте, расположенном на Перепутье Миров. Этот источник способен очистить любую искаженную форму до её идеала, и…

— Тоже не вариант, — я снова перебил девушку, пресекая квест на корню, — Ближайшие несколько дней, а то и недель, я не планирую покидать территорию Готэма, — сухо объяснил я свой отказ.

Мысленно я, конечно, облизнулся. Посетить это мифическое «Перепутье Миров» хотелось безумно. Это ведь гарантированные халявные Билеты за исследование скрытых локаций лора! Но… увы. Учитывая ту дичь, что сейчас начала происходить в мире, и мою растущую репутацию, халявные Билеты скоро сами придут ко мне прямо домой, с ордером на арест или ракетой земля-земля. Нельзя оставлять базу без присмотра.

— Значит, без вариантов. Используем мой способ, — я тяжело вздохнул, признавая неизбежное.

Щелчком пальцев я материализовал прямо на газоне массивный Сосуд Дракона. Спустя секунду, с тихим бульканьем, пустое дно котла начало стремительно заполняться густым, светящимся бледно-голубым варевом.

Зелье Истинной Сути. Редкость — Редкая. Эффект — трехдневный откат любой физической и магической трансформации до базового, заложенного природой состояния.

Внутренний манчкин, конечно, недовольно сморщился, ибо пришлось тратить ценный суточный резерв артефакта, который мог бы пойти на запасы того же ультимативного Зелья Тролля, на узкопрофильное Зелье. Но, с другой стороны, запас карман не тянет, да и само зелье действительно было полезным.

За тысячи прожитых жизней, я видел слишком много людей, которые под давлением обстоятельств постепенно, шаг за шагом привыкали быть чудовищами, живым оружием, бессмертными сущностями или ходячими катастрофами. Сначала они логично убеждали себя, что их новое состояние просто эффективнее для выживания и борьбы. А потом, спустя десятилетия, они забывали и забивали на свою первоначальную человеческую суть, превращаясь в тех, с кем изначально боролись.

Да что уж там скрывать, я и сам в прошлых воплощениях частенько становился жертвой подобных изменений. А откатиться обратно к человечности получалось далеко не всегда и не без потерь… Собственно, именно поэтому возможность оставаться человеком не должна зависеть от экономии или жадности. Свою внутреннюю жабу я задушил довольно быстро и без сожалений.

— Кстати, Памела, сними с меня, пожалуйста, доспех, — вежливо попросил я девушку, перед тем как дать ей зелье. — А то будет неловко, если я останусь заперт в этой консервной банке.

— Оу. Секунду, Чарльз.

Мгновение — и тяжелые панцирные латы, плотная древесно-моховая подкладка и прочие хитроумные природные компоненты брони, облеплявшие меня с головы до ног, мгновенно иссохли и с сухим шелестом опали наземь. Я остался стоять на лужайке в чём мать родила.

— Кхм! — Диана, густо покраснев, резко отвернулась, уставившись на кирпичную стену с таким интересом, словно видела ее впервые.

Айви же… Ну, она-то всё это уже успела рассмотреть и даже в какой-то мере пощупать еще в подвалах Арк-М, так что смущения не выказала.

— Можешь сделать какой-нибудь простенький синий костюм из растительной ткани? — попросил я, не испытывая особого стеснения, но уважая чужие границы. — Желательно, чтобы не кололось.

Спустя минуту, накинув на себя вполне удобные, свободные холщовые штаны и простую рубашку глубокого синего цвета, созданные из переплетенных волокон льна, я наконец-то почувствовал себя нормальным человеком. Честно говоря, я даже не замечал, насколько доспех на самом деле был громоздким, тяжелым и неповоротливым.

— Начинаем. Айви, доставай свое сердце, — скомандовал я, засучивая синие рукава.

Я принял из рук Дианы пустой стеклянный флакон, который она не глядя достала из своей бездонной сумки. Зачерпнув из Котла порцию светящегося Зелья, я принялся терпеливо ожидать, пока физическое «ядро» девушки-леса поднимется из-под земли на поверхность.

Спустя десяток секунд земля на лужайке разошлась, и на поверхность медленно, с хлюпающим звуком материализовалась уже знакомая мне жутковатая химера, которая тут же «раскрыла» свою грудную клетку, обнажив бьющееся в клубке корней исковерканное человеческое сердце.

Не став тянуть резину и разводить лишний пафос, я просто подошел и вылил всё зелье из флакона прямо на пульсирующий орган.

Эффект не заставил себя ждать. Тело растительной химеры тут же начало стремительно иссыхать, отслаиваться кусками коры и поглощаться обратно землей. А прямо из очищенного сердца, на глазах у изумленной амазонки, начала бурно расти плоть.