— Методы? — Сириус, который до этого молчал, поднял голову. Его серые глаза впились в Гарри. — Ты называешь это методами? Я слышал о допросах. О том, что людей держат в подвалах Министерства без суда. О том, что тех, кто критикует тебя, запугивают. Это тоже «методы»?

Гарри встретил его взгляд. Между ними повисло напряжение — то самое, которое Сириус чувствовал уже несколько месяцев, но не мог объяснить.

— Да, — сказал Гарри. — Это методы. Жёсткие. Но эффективные. Ты сам говорил мне, что для победы над Тьмой нужна сила. Я использую силу. Защищаю то, что мы построили.

— Мы строили свободу! — Сириус ударил кулаком по столу. — Мы строили мир, в котором нет страха! А ты строишь полицейское государство! Ты используешь Пожирателей Смерти, чтобы управлять нами! Ты стал тем, с кем мы сражались!

— Я стал тем, кто победил, — Гарри поднялся. Его голос больше не был тёплым. Он был ледяным. — Победил Волдеморта. Победил хаос. Победил тех, кто хотел уничтожить наш мир. И я не позволю никому — никому! — разрушить то, что я создал.

— То, что ты создал? — Гермиона смотрела на него с ужасом. — Гарри, это не твоё. Это наше. Мы все сражались. Мы все умирали. А теперь ты ведёшь себя так, будто это твоя личная империя!

— Потому что я — единственный, кто может её удержать! — рявкнул Гарри. В его глазах мелькнуло что-то красное — не магия, не Сила, а та самая Тьма, которую он так долго прятал. — Вы все слабы! Вы все колеблетесь! Вы не понимаете, что нужно делать! А я понимаю! Я знаю, как защитить этот мир! И я сделаю это — с вами или без вас!

Тишина. Молли замерла с половником в руке. Близнецы, которые никогда не теряли дара речи, молчали. Невилл сжимал кулаки. Луна смотрела на Гарри с печалью. А Сириус медленно встал.

— Йода говорил мне, — тихо произнёс он. — Перед тем как уйти. Он сказал: «Следи за Гарри. Тьма внутри него не умерла. Она спит. Не дай ей проснуться». Я не понял тогда. А теперь понимаю. Тьма не спала. Она росла. И ты её вскормил.

— Йода был старым глупцом, — холодно ответил Гарри. — Он учил меня слабости. Учил прощать. Учил отпускать. Но прощение не работает. Отпускание не работает. Работает только сила. Только власть. Только порядок.

— Тогда ты больше не мой крестник, — сказал Сириус. Его голос дрогнул, но он продолжил: — Я любил тебя как сына. Я был готов умереть за тебя. Но то, что стоит передо мной сейчас, — не Гарри. Это что-то другое. Что-то, что украло его лицо.

— Я — Гарри, — произнёс тот. — Я всегда был Гарри. Просто теперь я стал тем, кем должен был стать. Сильным. Решительным. Способным изменить мир. А ты, Сириус, — ты всегда был слаб. Ты провёл двенадцать лет в Азкабане, жалея себя. Ты позволил Петтигрю сбежать. Ты позволил Волдеморту вернуться. Ты ничего не сделал. А теперь ты осуждаешь меня за то, что я делаю то, чего не смог ты?

Сириус побледнел. Каждое слово било его, как удар хлыста. И самое страшное было в том, что в этих словах была доля правды. Гарри знал его слабости. Знал его раны. И безжалостно бил по ним.

— Уходи, — сказала Джинни, вставая между Сириусом и Гарри. — Уходи сейчас. И не возвращайся.

Гарри посмотрел на неё. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на боль. Настоящую боль. Но оно исчезло так же быстро, как появилось.

— Хорошо, — сказал он. — Я уйду. Но запомните: я предлагал вам быть со мной. Я предлагал вам место в новом мире. Вы отказались. Теперь пеняйте на себя.

Он повернулся и вышел. Дверь за ним захлопнулась. В «Норе» воцарилась тишина. А потом Молли заплакала.

Сцена 2: Тирания

После разрыва с семьёй и друзьями Гарри больше не притворялся. Маска окончательно спала. Новый порядок, который он строил, превратился в откровенную тиранию. Те, кто не соглашался с ним, исчезали — не физически, по крайней мере не сразу. Сначала они теряли работу. Потом — репутацию. «Ежедневный Пророк», полностью подконтрольный Министерству, публиковал разоблачительные статьи. Друзья отворачивались от них. Затем следовал арест — за «распространение ложной информации», за «подрывную деятельность», за «пособничество врагам порядка».

Кингсли Бруствер, который когда-то был одним из лидеров Ордена, пытался протестовать. Он пришёл в Министерство с официальным запросом о превышении полномочий. На следующий день он был арестован. Обвинение: «Связь с остатками Пожирателей Смерти». Доказательства: показания трёх свидетелей, включая Яксли, который теперь возглавлял Отдел внутренней безопасности. Кингсли отправился в Азкабан. Без суда. Без адвоката. Без права на апелляцию.

Артур Уизли, который работал в Министерстве всю жизнь, пытался защитить коллег. Он написал рапорт на имя министра — вежливый, корректный, с просьбой пересмотреть политику арестов. Гарри лично пришёл в его кабинет. Разговор занял пять минут. Артур вышел оттуда бледным и подал в отставку в тот же день. Дома он рассказал Молли только одно: «Он угрожал нашим детям. Он сказал, что если я не уйду, Рон и Джинни пострадают. Он не шутил».