Я продолжаю сверлить глазами озерную гладь, слишком хорошо зная, какой кошмар затаился под этой обманчиво спокойной водой. И от этого становится не по себе: если смотреть с берега, ты ни за что в жизни не догадаешься, что там, в темных глубинах, копошится, зреет и сворачивается кольцами его жуткая Тень.

Наконец из леса выгребает оставшаяся часть нашего потока, включая Фредерика и его команду. Их взгляды намертво прикованы к Эдгару, а в глазах пляшет дикое, параноидальное недоверие. Фредерик швыряет в Рейна полный ярости взгляд, но мой спутник лишь расправляет плечи и демонстративно выпрямляется.

Артур выжидает еще несколько минут, скрестив руки на груди. Его взгляд выжидающий. Элиас все еще там, в лесу. Неужели кто-то из студентов реально рискнул ломануться через границу? Сердце болезненно сжимается от одной только мысли о том, как Элиас сейчас загоняет их, словно дичь.

— Как думаешь, кто-то правда пытался сбежать из Алкроуза? — едва слышно спрашиваю я у Финна.

Он смотрит на меня долгим, задумчивым взглядом и в конце концов медленно кивает:

— Да. Я бы знатно спиздел, если бы сказал, что мне самому эта мысль не приходила в голову, — глухо отвечает он, и в этот момент Артур оборачивается, бросая на нас короткий предупреждающий взгляд.

— Рад, что ты этого не сделал. К Терре он, может, и проявил бы снисхождение, но тебе, Финн, точно снесли бы башку, — равнодушно бросает профессор.

Он задерживает на мне взгляд на какую-то долю секунды дольше положенного, после чего снова отворачивается, высматривая Элиаса. Желание хоть мельком коснуться его руки, почувствовать эту болезненную тягу, вспыхнувшую между нами, становится почти невыносимым. Я изо всех сил сжимаю кулаки, заставляя себя держать контроль.

Финн мрачно хмурится, а Рейн толкает его в бок:

— Видишь? Теперь ты рад, что я тебя отговорил? — я награждаю обоих суровым, пронизывающим взглядом.

Прежде чем я успеваю вставить хоть слово, впереди хрустит снег. Я оборачиваюсь: к группе медленно приближается Элиас. Его дыхание клубится в морозном воздухе, а белые волосы ловят последние, умирающие лучи заката.

Артур сканирует его взглядом с ног до головы, подмечая, должно быть, ровно то же, что и я: впервые на памяти Элиас не заляпан чужой кровью с ног до головы.

— Сколько сошло с дистанции? — спрашивает Артур, пока Велис серым пеплом втягивается обратно в кожу хозяина.

Элиас с хрустом разминает шею и лениво потягивается:

— Одиннадцать.

Артур мрачно опускает голову, в то время как лицо Элиаса остается неподвижным, словно высеченное из камня.

— Первыми к финишу пришли Эдгар и Корвус. Вы оба получаете иммунитет на первом этапе экзамена. Его название будет объявлено сегодня вечером в столовой, — чеканит Артур, после чего распускает нас по Домам Теней.

Наша пятерка уже разворачивается, чтобы двинуться внутрь замка, когда Элиас железной хваткой перехватывает мою руку:

— Мне нужно с тобой поговорить, — приглушенно роняет он.

Рейн и Финн синхронно оглядываются на меня, но я коротко качаю головой, давая понять, что все нормально. Финн колеблется секунду, но в итоге идет вслед за Рейном внутрь.

— Что стряслось? — я плотнее кутаюсь в плащ, пытаясь защититься от холода. Солнце окончательно скрылось, и весенний воздух начал ощутимо обжигать лицо.

Он перехватывает мою ладонь и тащит за собой к западному крылу замка, подальше от чужих ушей. Его пальцы — ледяные. Одиннадцать студентов. Вот скольких он сегодня пустил в расход. По спине пробегает ледяная судорога.

Я не должна, просто не имею права переживать за такого человека — жестокого, извращенного, зловещего. Но как вырезать к чертям опухоль, которая уже пустила метастазы в самое сердце? Нужно было душить эти корни в зародыше, пока они не разрослись так глубоко.

Элиас мягко прижимает меня спиной к прохладной каменной кладке Алкроуза и наклоняет голову, заглядывая мне прямо в глаза. От такой близости дыхание перехватывает, и я тяжело сглатываю.

— Две новости, — тихо говорит он. — Первая: директор в курсе, что сердца пропали. И вторая: профессора собираются наложить на твоего брата дополнительные печати.

35

ТЕРРА

— Что значит — дополнительные печати? Если они сделают это, он не сможет защитить себя! — я с силой толкаю Элиаса в грудь.

Он кривится и награждает меня тяжелым взглядом.

— Я хотел, чтобы ты узнала об этом именно от меня, — его серые глаза на секунду смягчаются, но брови остаются все так же сурово сдвинуты к переносице. — Остальные считают, что он не способен контролировать свою Нову. Как это было в прошлый раз.

Я делаю шаг к нему и пытаюсь толкнуть снова. Но на этот раз он готов: Элиас даже не шелохнулся, умерев на месте, словно каменное изваяние.

— Толкнешь меня еще раз, милая, и мне придется тебя наказать, — опасно шепчет Элиас.

Он намертво перехватывает мое запястье и хищно скалится.

— И кто будет накладывать эти печати? Ты?! — выплевываю я ему в лицо.

Когда его челюсти каменно сжимаются, а в ответ повисает глухое молчание, мое сердце просто падает в бездну.