Рейн коротко хохочет и соскакивает на землю. Он в несколько шагов преодолевает расстояние до Амсера, хватает меня за талию и просто сдергивает со спины моей Тени. Мои глаза округляются от того, сколько силы все еще скрывается в его истощенном теле. Я упираюсь ладонями в его плечи, пока он аккуратно опускает меня на землю.

— Все нормально, тебе понравится, — шепчет Рейн мне на ухо.

От тепла его дыхания по телу пробегает крупная дрожь, и мне остается лишь послушно кивнуть.

— Прямо как на зиплайне.

В моей голове тут же вспыхивает яркий образ заката и птиц, летящих навстречу солнцу, — я слишком хорошо помню, как не так давно он показывал мне небо над своим родным городом.

— Это ведь не последний наш зиплайн, правда? — так же тихо шепчу я в ответ.

Я аккуратно заправляю прядь его черных волос ему за ухо и невесомо касаюсь губами его шеи. Он тихо смеется, но оставляет мой вопрос без ответа. Вместо этого он просто смотрит на меня сверху вниз и слегка приподнимает пальцами мой подбородок:

— После вас, миледи.

Вокруг дракона Рейна вибрирует низкая, тяжелая энергия, словно эта тварь находится в постоянном поиске чьих-то судеб, которые можно пустить под откос. Его исполинский череп с двумя ледяными провалами вместо глаз заставляет мою кровь стынуть в жилах. Из-под обнаженных костей непрерывными клубами валит черная смоляная дымка. И только теплая ладонь Рейна, подталкивающая меня в спину, заставляет меня сделать шаг к этому монстру.

Рейн мягко проводит рукой по его костяной морде, и Тень издает утробное, довольное гудение. Мой Амсер отзывается тихим рыком, прежде чем окончательно раствориться и уйти обратно в мои кости. Мой теневой котик явно доверяет этой бестии. Что ж, хоть кто-то из нас двоих спокоен.

Мы устраиваемся у самого основания шеи дракона. Рейн садится позади меня, намертво окольцевав мою талию своими руками. Рядом Финн усадил Кая на своего феникса, и теперь ему приходится то и дело шлепать друга по рукам, чтобы тот от страха не схватился прямо за языки пламени.

— Ну что, готовы? — громко, перекрывая ветер, командует Рейн.

Парни синхронно кивают, и в ту же секунду дракон расправляет свои крылья — массивные завесы из костей и дыма. Один мощный, свирепый взмах — и мы с дикой скоростью взмываем в поднебесье.

Ледяной воздух с размаху бьет мне в лицо. Единственный звук, который я сейчас способна разобрать сквозь свист в ушах, — это истошный ор Кая где-то в паре сотен футов справа от нас.

— Охренеть можно! — ору я, мертвой хваткой вцепляясь в бугристый позвоночный отросток.

Это ни разу не похоже на зиплайн. Никаких тебе страховочных ремней, карабинов или тросов. Только один голый кусок кости, который отделяет тебя от падения в бездну.

Рейн за моей спиной задорно хохочет. Он перехватывает мои ладони и насильно отрывает их от хребта дракона.

— Рейн, прекрати, твою мать! — я со смехом визжу, но это лишь подзадоривает его еще сильнее.

Он утыкается губами в ложбинку между моей шеей и плечом, шумно выдыхая мне в кожу.

— Я хочу, чтобы здесь, наверху, ты чувствовала всё. Ветер между пальцев. То, как бешено колотится твое сердце, когда ты со мной, — Рейн накрывает своими ладонями мои руки, вытягивая их вперед, и морозный поток мгновенно срывает кожу, путаясь между нашими пальцами.

— Почему ты говоришь так, словно прощаешься?

Он медлит с ответом. Эти секунды тянутся как целая вечность.

— Я хочу, чтобы ты запомнила меня именно таким. Хорошим парнем, который просто хотел, чтобы ты была в безопасности и тепле. А не тем холодным, жестоким ублюдком, которого ты встретила в Баркове. Очень надеюсь, что, когда ты будешь думать обо мне, ты будешь вспоминать это небо и тот безумный драйв, который я заставлял вспыхивать в твоей душе. Мне этого хватит.

Слезы обжигают щеки, и я бессильно откидываю голову ему на плечо. Ладони Рейна соскальзывают с моих рук и перемещаются на талию, жадно очерчивая мои изгибы. Он заставляет меня вздрогнуть, когда его пальцы мертвой хваткой впиваются в мои бедра, с силой прижимая меня спиной к своей груди.

— Ты гораздо больше, чем просто небо, Рейн. Ты — этот ветер, эта земля, эта чертова кровь в моих венах. Я никогда тебя не забуду, — сквозь слезы хриплю я.

В ответ я чувствую, как его собственные слезы падают мне на кожу.

Наш сентиментальный момент обрывается в долю секунды. Угольно-черный костяной шип на вылет пробивает феникса Финна, начисто снося птице голову. Никто из нас даже не успевает закричать — даже Кай. Шок и парализующий ужас оказываются слишком осязаемыми, чтобы выдать хоть какую-то адекватную реакцию.

Финн лишь беззвучно ловит ртом воздух. Первым реагирует Рейн — он грязно матерится сквозь зубы. Его дракон резко делает вираж, пикируя вниз, чтобы перехватить падающих парней, пока остатки уничтоженной Тени Финна стремительно втягиваются обратно в его вены.