— А он вам нужен, такой истинный? — служанка приподняла бровь. — Что от подобного толку? Или полагаете, изменится он? Нет, орина! Нет! Мужчина не перекроит себя в угоду женщине. Никогда такого не будет. В союзе, где жена только отдаёт, а муж лишь принимает, счастья никогда не будет. Уж я за жизнь насмотрелась. Послушайте меня и не подпускайте его к своему сердцу.

Глава 4

Всю ночь я ворочалась, мысли не давали покоя. Открывая глаза, всё таращилась на террасу. Иногда там мелькали огромные тени — воины-драконы совершали облёт территории города. Но хлопки крыльев отдалялись, и снова становилось тихо.

Как не вовремя Дара покинула замок. Нет, я понимала, что так было нужно. Но как же тяжело, когда рядом с тобой нет ни души, способной подсказать как надо.

Да, это была моя неуверенность. Впервые на меня обратил внимание мужчина. И как быть?

Как себя с ним вести?

Его взгляд такой жаркий, его уверенность в себе.

Это то, чего была лишена я. Но как же страшно было обмануться.

Неужели я и правда такая важная драконесса, что могла приглянуться корысти ради?

Да, моя родная сестра — жена северного кагана. Но и что с того? Какая от этого выгода моему избраннику? Это ведь не даст ему ни земель, ни замков.

Да, мой опекун — генерал Ярвен, но я не его родная дочь. Даже не названная. Он всего лишь присматривает за мной. И я вовсе не приближенная к императору Льюису Тёмному. Дара — да, она ему некровная сестрица. Но не я!

Так почему же все вокруг думают, что интересна я мужчине только как способ получить больше власти?

Быть может, дело во внешности? Некрасивая? Заурядная?

Тяжело вздохнув, я повернулась на спину и поймала прядку светлых волос.

Ну блондинка. Только вот разве это редкость? И глаза мои не столь приятного голубого оттенка, как у Дары. Скорее серые.

И ростом я пониже её. Да и магии во мне крупицы. Призванным ветром я разве что гнус гонять от себя и могу.

И дракон мой настолько слаб, что к обороту я неспособна. У меня вышло лишь раз, в день совершеннолетия, но и того я толком не помню. Потеряла сознание.

И зова истинности не слышу.

Ну с какой стороны ни посмотри — всё как-то жалко выходит.

Поэтому и не глядят на меня мужчины. Потому что не на что там любоваться.

А если Метин — мой единственный шанс на счастье, а я послушаю других и навсегда останусь одинокой?

Поджав губу, уставилась на потолок.

Это был самый большой страх — быть никому не нужной.

Я хотела семью. Чтобы муж и дети. Дом просторный и тёплый. Большая кухня. Светлая гостиная. Картины на стенах. Тяжёлые портьеры.

Детский смех в комнатах. Стеллажи книг в библиотеке до самого потолка.

И кот... Непременно наглый рыжий кот, которого любили бы все домочадцы.

Мечты уносили меня куда-то далеко. Разум заволакивала дремота. Мне так хотелось, наконец, получить своё счастье, что я была готова поверить мужчине, что называет меня своей истинной, и дать ему шанс.

***

Яркое солнце слепило глаза. Вздрогнув, я разжала веки и зевнула. Тело неприятно ломило, сказалась беспокойная ночь. Поднявшись, села и потянулась. И тут же замерла.

Что-то красивое лежало на перилах террасы.

Моргнув несколько раз, я сообразила, что это букет.

А так как я была единственной женщиной, живущей на этом этаже, то предназначаться он мог только мне.

Ну, во всяком случае, мне очень хотелось сейчас верить в это.

Вскочив, я не озаботилась халатом, а, открыв дверь, вышла на террасу в одной ночной сорочке.

Взяв букет, с замиранием сердца осмотрела его. Красивые красные цветы, так похожие на розы. Нежная зелень листьев. А аромат... такой приятный.

Мне ещё никто и никогда не дарил цветов.

— Неужели я смог угодить тебе, Сабрина?

Услышав голос за спиной, резко обернулась.

Метин.

Он стоял в распахнутой рубашке, сложив руки на груди, и лукаво улыбался.

Его взгляд скользил по моему телу. Глаза мужчины разгорались от желания.

— Ты не представляешь, насколько красива, — хрипло произнёс он. — Даже в этих длинных одеяниях. Нет, ничто не может скрыть стройность твоих ног, моя орина.

Вздрогнув, я прижала букет к груди. Да, сорочка на мне была ниже колен, но её длины всё равно не хватало, чтобы назваться приличной.

— Тал Метин, отвернитесь, — пробормотала смущённо.

Тёплый ветер налетел со спины, приподнимая и без того короткий подол ночной рубашки.

— Никогда! — Он покачал головой, светлая волнистая прядь упала ему на глаза. — Если ты не согласишься после обеда пойти со мной прогуляться, Сабрина, я умру прямо под твоими дверями от горького разочарования.

— Не переигрывайте, — я старалась, чтобы мой голос не дрожал, а звучал строго.

Так часто говорила некровная сестрица Дара. Все мужчины её всегда слушали.

Но, кажется, ничего у меня не выходило. Метин лишь улыбнулся шире.