Валентину наскучил наш разговор, видимо. Он просто осознавал свою ущербность и поэтому решил свернуться.

— Я очень хочу посмотреть на тебя в тот момент, когда ты вдруг поймёшь, что я оказался тем человеком, которому по ночам ты безумно хотела написать: «как дела?» Хотела, но не писала.

— Господи, Валентин, ты такого о себе высокого мнения. У меня так-то пол телефонной книги номеров, которым я хочу написать: “пошёл к черту”, но как-то сдерживаюсь. Так что не думай, что ты какой-то уникальный. — Валентин зарычал, а я вдогоночку ему добавила: — В общем, Валь, то, что ты сейчас со мной делаешь, это так — комариные укусы и писки. Потому что и не такие метели в физиономию летели.

***

Милые, приглашаю вас в свою новинку про добрую женщину Вику, которой муж рассказал как у него дела в постели с другой

— У нее в постели я спрашиваю надо ли мне быть понежнее… — муж сидел на корточках возле меня. — А у тебя я даже не хочу узнать «как дела».

— Ты с ней не просто спишь… — дрогнул голос. — Ты в нее влюбился…

Муж улыбнулся особенно тепло.

— Влюбился… и я с ней ребенка хочу. Ты у меня хорошая, хоть и потрепал тебя наш брак. А она другая. Я ней всю ночь могу.

Меня затрясло. Давилась болью.

— Я тебе дом, бабки оставлю. Может титьки сделаешь, моську подтянешь. Только потом мне покажись, вдруг захочу тебя полапать после апгрейда.

Я думала, что самое страшное в моей жизни развод после двадцати лет брака, но я ошибалась…

Когда со старшей дочерью случились неприятности, муж отдыхал с любовницей на Бали.

И мне пришлось набрать старый номер, который я давным-давно удалила из жизни.

— Зачем звонишь, пташка? — пророкотал низкий голос в трубке. — Соскучилась по настоящему мужику после своего диванного клопа? Двадцать лет прошло. Сейчас и на роль постельной грелки согласна? Так я не по дамочкам предпенсионного возраста…

Я захлебнулась воздухом и огрызнулась:

— Этот диванный клоп заменял тебя двадцать лет не только в моей постели, но и был прекрасным отцом… Достаточно прямо намекнула к чему привели твои измены?

ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ

Глава 27

Я бросила трубку и подумала о том, что Валя, как месячные — приходит и бесит. Вот и всё.

Развернувшись, я поднялась в здание офиса и поздоровавшись с девочками на ресепшене, прошла в свой кабинет. Мало того, что утро было нервное, так ещё и день предстоял ого-го какой.

Ко мне заглядывал несколько раз старый генеральный и почему-то пытался подобострастно начать разговор. В итоге я не выдержала и на третий раз уточнила:

— Скажите, пожалуйста, хотите что-то от меня узнать либо что-то мне поведать?

— Ох, Оксана, — генеральный тяжело вздохнул и занял моё кресло. — Я понимаю, у тебя характер не сахар. Но знаешь, мне бы хотелось, чтобы ты продолжила работать в своей должности. И желательно, чтобы ты работала очень, очень продуктивно.

Я вскинула брови и посмотрела недовольно на него, не понимая подоплёку всех слов, которые сейчас были сказаны.

— Поэтому, мой тебе совет: ты когда познакомишься с новым генеральным, пожалуйста, не надо в него сразу бросаться отчётами о том, какая ты продуктивная и крутая.

Мои брови поползли по лбу ещё выше.

— Я всё это к тому тебе говорю, — генеральный вздохнул и прошёлся пальцами по щетине. — Он мужик, скорее всего, очень баболюбивый, потому что к своим годам до сих пор не женат. А если и был женат, то это было эпизодически. И на твоём бы месте, вместо того чтобы кидаться в него документацией, я бы постоял и поулыбался так, как это умеет женщина. А не так, как это умеешь ты.

— Вы сейчас на что намекаете?

— Я тебе намекаю на то, что при должных мозгах и милой физиономии добиться своего намного проще, чем просто при должных мозгах.

Генеральный разозлился от того, что я непроходимо тупа и просто пыталась добиться от него, чтобы он называл вещи своими именами. Но он продолжал витиевато изъясняться, намекая мне на всякого рода непрофессиональные непотребства.

— Ты, конечно, в своей должности — боженька, королева дедлайнов, маэстро переговоров. Но всё это ничего не будет значить, если ты будешь на него смотреть примерно так же, как сейчас смотришь на меня.

— А как я на вас смотрю? — спросила и сложила руки на груди.

— Как Ленин на буржуазию.— Зло фыркнул генеральный и развернувшись, вышел из кабинета.

Я не поняла, чего он пытался до меня донести. Потому что по пути он это всё расплескал.

Но дело приобретало достаточно гаденький оборот.