Внезапный знакомый холод смыл краткий миг передышки. Каким-то образом он знал, что она придёт.

— Прошу прощения, вы не могли бы оставить меня на минуту? — Сикрас бросил последний взгляд на своих спутников, поднялся, поправил воротник и сократил расстояние между собой и Смертью.

Она наблюдала за ним молча, её рваные одежды и длинные локоны оставались неподвижными, несмотря на ветер.

— Как бы мне ни нравилось ваше общество, вам не нужно навещать меня так часто. Вессик… — Сикрас запнулся, уколотый чувством вины за судьбу своего дорогого друга, — …больше не угроза. Душа Имри наконец может отдохнуть. Итуса, может, и сбежала с теми душами, но после того, что с ней сделала Хелспира, я сомневаюсь, что она вернётся — если только не получила серьёзную черепно-мозговую травму вдобавок к потере всех тех частей тела. Всё кончено.

Из-под невероятно чёрных теней капюшона донёсся тихий голос Смерти:

— Думаю, мы оба знаем, что это не так.

Сикрас ощетинился:

— Уговор есть уговор. Я сделал всё, что должен был, всё, на что согласился.

— Да, — ответила Смерть. — Ты сделал.

— Это должна быть победа, — сказал он, сжимая кулаки, и его голос дрогнул.

Костлявые пальцы крепче сжались на древке её косы.

— Разве это похоже на победу?

Этот вопрос резанул глубже любого клинка. Сикрас зажмурился, и язвительное жжение непролитых слёз обожгло веки. Если бы он сжал челюсти ещё сильнее, зубы бы начали крошиться. Но вместо того, чтобы сбежать в привычное утешение онемения, он снова услышал боль в голосе Бенджамина — в тот момент, когда тот осознал, что не может последовать за Имри в загробный мир богов-близнецов. Когда понял, что они преуспели. Когда осознал, что обречён прожить ещё один день.

— Сикрас?

Тяжесть руки Хелспиры на его плече заставила его вздрогнуть. Выпрямив спину и насильно широко распахнув глаза, чтобы удержать слёзы, Сикрас нацепил свою привычную улыбку и повернулся к ней.

На её нахмуренных бровях читалась тревога.

— Ты в порядке?

Он поднёс её руку к губам и нежно поцеловал тыльную сторону.

— Почти.

Отпустив её руку, Сикрас откашлялся и шагнул мимо неё, остановившись лишь в нескольких футах от Бенджамина. Он украдкой взглянул через плечо, чтобы проверить, осталась ли там Смерть, но она исчезла.

Бенджамин склонил голову набок.

— Я чувствую, как ты на меня смотришь. Ты в недоумении, как человек может так хорошо выглядеть спустя четыре года после смерти, или у меня что-то застряло в зубах?

Уперев руки в бока, Сикрас перекатился с пяток на носки, глядя куда угодно, но только не в лицо Бенджамина.

— На самом деле, и то, и другое.

— Правда? — Бенджамин поскрёб зубы, пока не подцепил пальцами крошечное красное волоконце. — Гм. Похоже на ворс от шарфа Красных Стражей.

Вдалеке в деревьях залилась трелью птица, великодушно заполняя собой затянувшуюся паузу.

— Бенджамин?

— Да?

— Ты устал?

— Ты же знаешь, я не устаю. И даже если бы это было так, до Вайнпула не так уж далеко.

Сикрас наконец встретился с ним взглядом.

— Посмотри мне в глаза и скажи, что ты не устал.

— О… — тон Бенджамина наполнился пониманием. — Мы ведь не о ходьбе говорим, верно?

— Скажи мне, что ты в порядке, и мы забудем, что этот разговор вообще был.

Ветер зашумел в высокой траве, которую не успел пригнуть снег. Бенджамин молча смотрел под ноги, пока не поднял свои пустые глазницы вверх.

— Я устал, Сикрас.

Непроизвольный смешок растаял на ветру. Сикрас кивнул, упираясь руками в бока.

— Что ж, я не знаю никаких хороших сказок на ночь, но, по крайней мере, позволь мне уложить тебя.

— Ты… ты серьёзно?

— Более чем. И я глубоко, отчаянно сожалею, что мне понадобилось так много времени.

Бенджамин поднял руки, словно снимая с друга всякую вину.

— Пожалуйста, никаких извинений. Ты мой друг. Я бы сделал для тебя всё что угодно.

— Я знаю, — прошептал Сикрас, чувствуя, как сжимается горло. — Пришло время мне вернуть долг.

Хруст снега возвестил о том, что подошла Хелспира. Она встала рядом с Сикрасом, но промолчала.

Проглотив боль, Сикрас широко улыбнулся.

— Если я правильно помню, я выиграл последнюю партию в «Рэк энд Руин». Если ты уйдёшь сейчас, я останусь действующим чемпионом навеки, так что… это выигрыш для нас обоих, правда.

Костлявые пальцы сжали предплечье Сикраса.

— Ты будешь в порядке?

— Клянусь, чем угодно. Теперь эта фраза действительно что-то значит, раз я просадил свои жизни, как игрок на скачках в Ца'накае.

Бенджамин подался вперёд, словно изучая каждый дюйм лица Сикраса.

— Ты уверен, что будешь в порядке? Я никогда не могу понять, когда ты лжёшь.

— Ещё как можешь, — Сикрас похлопал его по руке. — Но позволь мне сделать это для тебя.

Бенджамин медленно кивнул и повернул голову к Хелспире.

— Позаботься о моём парне, хорошо?