— Мне нужен перерыв. Я не знаю, какого черта Эш натворил, но я ничего не добьюсь, обходя его охрану, — он ухмыльнулся, увидев пустое выражение, без сомнения, написанное на моем лице. Я знала, как работать с компьютером, но открыть вкладку в режиме инкогнито было пределом моих технических знаний. — Хочешь сыграть в игру? — добавил он.

— Игру?

— Да, ты знаешь. Что-нибудь, что двое или более людей делают для развлечения.

Я бросила подушку, которая лежала рядом со мной на диване, и он с легкостью поймал ее. — Я знаю, что такое игра, я просто не ожидал, что ты скажешь, что ты хочешь поиграть. Какую игру ты имел в виду, в прятки?

Он фыркнул. — Забавно. Умеешь играть в шахматы?

Прежде чем я успела ответить, он пересек небольшое пространство, подошел к шкафу и вытащил коробку. Подойдя к столу, он поставил ее на место и снял крышку, обнажив сложенную доску и связку шахматных фигур.

Я не смогла сдержать вырвавшийся смешок. — С какой стати в этом бункере шахматная доска? Я действительно не могу представить, чтобы ты с Каем прятались здесь и играли в шахматы, пока на вас нападают.

Майлз начал вытаскивать фигуры и расставлять доску. — Кай понятия не имел, как играть. Это была идея Тео. Несколько лет назад им с Дэнни пришлось прятаться на явочной квартире. Они застряли там на целую неделю и чуть не убили друг друга от скуки. Когда Тео вышел на свободу, он поклялся убедиться, что в каждом из наших убежищ есть шахматная доска на случай, если он когда-нибудь снова застрянет в одном из них.

У меня отвисла челюсть, и я усомнилась, не почудилось ли мне то, что он сказал. Он никогда открыто не говорил о Тео в таком тоне, по крайней мере, не со мной. Всякий раз, когда упоминалось его имя, Майлз обычно замолкал.

Словно спохватившись, вспышка сожаления промелькнула на его лице, прежде чем снова исчезнуть. Решив не придавать этому большого значения, я прошаркала вперед, чтобы перегнуться через стол.

— Я знаю, как играть. Но должна предупредить тебя, так получилось, что я действительно хороша в этом.

Он сел рядом со мной. — Это правда?

— Угу.

— Ну, так уж получилось, что я непобежден. Как насчет того, чтобы сделать это интересным? - сказал он, и его глаза потемнели от злого умысла.

Бабочки запорхали у меня в животе. — Как?

Его губы растянулись в многозначительной усмешке. — Если ты выиграешь, мы проведем остаток дня, делая все, что ты захочешь.

— А если ты выиграешь, мы должны будем делать все, что ты захочешь? - ответила я, в моей голове уже роились идеи.

Я обычно была конкурентоспособна в играх, Раф тоже. Возможно, это было в стиле близнецов. В какую бы игру мы ни играли друг против друга, мы оба были полны решимости победить друг друга. Однако сейчас я бы с радостью проиграла, если бы это означало провести остаток дня во власти Майлза.

— Верно. Ты в деле?

Конечно, я была согласна. Но прежде чем я согласилась, мне в голову пришла идея. Это могла быть возможность получить от него информацию. Мне так много хотелось узнать о Майлзе, вопросы, которые я никогда не задавала, потому что знала, что не получу ответов.

Конечно, учитывая то, как все изменилось между нами, возможно, он отнесся бы с пониманием к моему желанию узнать его получше, но почему бы не немного повеселиться по пути?

— Я согласна, но я хотела бы добавить свои собственные условия.

Он приподнял бровь. — Продолжай.

— Каждый раз, когда я выбиваю одну из твоих фигур, я могу спросить тебя о чем-нибудь, и ты должен ответить. И никаких дурацких вопросов, вроде того, какой твой любимый цвет или какую еду ты ненавидишь. Настоящие вопросы.

Я затаила дыхание в ожидании его ответа, когда он провел большим пальцем по губе. Убежденная, что он собирается сказать «нет», я отказывалась отводить взгляд от его проницательного взгляда, пока он обдумывал это.

— Договорились, - сказал он, застав меня врасплох. — Но я могу спрашивать тебя о чем-нибудь каждый раз, когда выбиваю одну из твоих фигур.

Я протянула ему руку для рукопожатия. — Договорились. Я буду белой.

Он пожал мне руку. — Я все равно всегда черный.

— Хм, как и твоя душа, - ответила я, мило улыбаясь ему.

Все еще сжимая мою руку, он притянул меня к себе, моя грудь столкнулась с его, и наши рты почти встретились. — Ты хочешь надеяться, что победишь, малолетка. В противном случае ты проведешь остаток вечера у меня на коленях, оседлав мой член своей прекрасной киской, а твоя задница будет красной.

Не в силах остановиться, я сократила расстояние и провела языком по его нижней губе. — Обещания, обещания.

У него перехватило дыхание, и, воспользовавшись тем, что он отвлекся, я высвободила руку и отодвинулась на другую сторону дивана, слегка хихикая, пока он приходил в себя.

Продвинув мою первую пешку на два шага вперед, игра началась. Ни один из нас не произнес ни слова, наблюдая, как другой делает свой ход, и мой разум лихорадочно работал, пытаясь спланировать на несколько шагов вперед, куда, по моему мнению, он собирался передвинуть свои фигуры.