— Оу. Черт возьми, да, — воскликнула она, когда темп моих пальцев и языка увеличился.

Мой член, пульсирующий в пределах моих штанов, стал слишком большим. Сделав короткую паузу, я сел и стянула футболку через голову, прежде чем стянуть спортивные штаны, в которые переоделся после душа.

Голова Софии поднялась с того места, где она извивалась на подушке, ее глаза шарили по моему телу и оставляли огненную дорожку везде, где касался ее взгляд. Они остановились на металлических прутьях каждого из моих сосков, и ее язычок высунулся, чтобы провести по нижней губе.

— Я подумала, сохранились ли они у тебя, — сказала она, затаив дыхание.

— Они тебе нравятся?

Она кивнула и беззастенчиво призналась: — Когда я увидела их в первый раз, мне захотелось узнать, каково это — держать их во рту.

Гребаный Христос.

Причина, по которой я вообще проколол их, заключалась в том, что игра с сосками чертовски заводила меня. Мысли о том, как язык Софии скользит по ним, было почти достаточно, чтобы заставить меня разрядиться по всему ее гибкому телу.

Каким-то чудом мне удалось удержаться.

Снова опустившись, я встретился с ней взглядом, лежа между ее раздвинутых ног. — Мне нужно, чтобы ты быстро кончила, малолетка. Если я в ближайшее время не погружусь в тебя, я опозорю себя и покрою эту кровать своей спермой, и я бы предпочел разрисовать твою пизду.

Я провел языком по ее клитору, одновременно засовывая два пальца обратно в нее, когда она снова откинулась на подушку. Мои бедра прижались к кровати, мой член отчаянно искал разрядки, и потребовалась вся моя чертова концентрация, чтобы не кончить раньше, чем это сделает она.

К черту мою жизнь. Обычно у меня было гораздо больше контроля, чем сейчас.

Ее мокрая киска терлась о мое лицо, когда я грубо вводил в нее пальцы и выходил из нее, и ее отчаянные крики наполнили бункер.

— Черт, Майлз! - закричала она, когда после очередного щелчка моего языка оргазм захватил ее, ее бедра приподнялись над кроватью, несмотря на мою крепкую хватку.

Не тратя впустую ни капли ее оргазма, я наслаждался ее сладостью до тех пор, пока не смог больше этого выносить. У нее не было времени оправиться от оргазма, прежде чем я вонзил свой пульсирующий член в ее тугой жар, ее вход растянулся, приспосабливаясь к моему размеру. Сев на корточки, я подтянул ее ноги к себе, приподняв ее бедра и подперев коленями ее задницу.

Железной хваткой держа ее за бедра, чтобы удержать неподвижно, я сильно толкаюсь, ее сиськи покачиваются. Черт, они выглядели потрясающе с двумя следами от укусов, которые я оставил, и я сделал мысленную пометку, чтобы она всегда носила мою метку.

Когда мои яйца напряглись, глаза Софии распахнулись, ее голубые глаза пылали жаром. Не отрывая от меня взгляда, пока я трахал ее, она поднесла руку к своей киске и начала тереть свой клитор.

Ее влагалище, сжавшееся вокруг меня, стало моей погибелью, и когда я взорвался глубоко внутри нее, на нее обрушился еще один оргазм, и все ее тело напряглось. Я шипел, когда волна за волной наслаждение прокатывалось по мне, мои бедра подергивались с каждой каплей моего освобождения.

Тяжело дыша, я рухнул на нее сверху, удерживая себя одной рукой, чтобы не раздавить ее, и мой член все еще был погружен в нее. Сквозь туман после оргазма образ Тео засел в самых глубоких уголках моего сознания, дразня меня.

Вместо того, чтобы отстраниться от Софии и умчаться прочь, как я сделал в первый раз, когда трахал ее, я накрыл своими губами ее рот и завладел им.

Тео мог преследовать меня. Это не имело значения, пока она была моей.

ГЛАВА 23

София

Покачиваясь, мое тело восхитительно ныло, и легкая улыбка тронула мои губы при воспоминании о Майлзе, пожирающем мою киску. Насколько по-другому все могло бы быть, если бы он не добрался до меня до того, как таблетки подействовали.

Укол раскаяния пронзил меня при воспоминании о том, как я проглотила таблетки с водкой. О чем я только думала? При ясном свете дня я знала, что не хочу умирать, но в тот момент мне хотелось, чтобы все прекратилось. Я просто хотела, чтобы сумасшедшая карусель моей жизни перестала вращаться на несколько минут, чтобы я могла вздохнуть свободно.

Это было импульсивное решение. С каждой таблеткой, которую я запихивала в рот, меня охватывало облегчение оттого, что все скоро закончится, но сейчас, лежа здесь с болью между ног и колотящимся о ребра сердцем, я была чертовски благодарна за то, что жива и дышу.

Открыв глаза, я моргнула, прогоняя сон. Я заснула с Майлзом, свернувшимся калачиком вокруг меня, наши обнаженные тела прижимались друг к другу, и я верила, что с этого момента все будет по-другому. Мое сердце ушло в пятки от пустоты рядом со мной. Несмотря на то, что я была рада, что мне не удалось покончить с собой, я не была уверена, смогу ли смириться с его отказом во второй раз.

Не тогда, когда мои чувства к нему были сильнее, чем когда-либо.