— Спасибо тебе за это, — говорит он, но я не совсем уверена, что именно он имеет в виду.

Жрица говорит что-то о любви, верности и долге, но слова доносятся лишь глухим гулом.

Я не могу перестать смотреть на Эммета. Он смотрит прямо перед собой, не на нас. Это выражение лица мне хорошо знакомо — я часто вижу его в зеркале, когда смотрю на себя: это взгляд человека, который предпочел бы быть где угодно, только не здесь.

— Кольца, пожалуйста, — монотонно произносит жрица.

Эммет не двигается.

Жрица прочищает горло. — Кольца?

— Ох. — Эммет вздрагивает и лезет в карман. Он достает два круга из валлийского золота и кладет их на ладонь жрицы. Его руки дрожат.

Солнце опускается низко к горизонту, завершая грандиозный финал самого длинного дня в году. Вечер погружается в сумерки, когда Брам берет мою руку в свою.

Он с нежной заботой надевает кольцо мне на палец с таким взглядом, полным радости, что я не могу не улыбнуться ему в ответ.

— Всё, чем я являюсь, и всё, что у меня есть, — твое, — обещает Брам.

Я надеваю кольцо ему в ответ. Я сделала это. Всё кончено.

Глаза Брама наполняются слезами, когда он берет мою тиару Майской королевы с бархатной подушечки на алтаре и опускает ее мне на голову.

— Властью, данной мне Её Вечной Величеством королевой Морьен, я объявляю вас мужем и женой, — провозглашает жрица.

Брам обнимает меня за пояс и целует. Это слишком страстный поцелуй для подобной публичной церемонии, и, отстранившись, он смеется.

Вдруг из толпы доносятся крики. Вопли паники и замешательства. Люди вскакивают, стулья падают.

Это хаос. У меня кружится голова, желудок переворачивается, а рот наполняется чем-то едким и металлическим. Я сплевываю полный рот крови, и она брызгает на алтарь.

Я встречаюсь взглядом с Эмметом, и всё возвращается ко мне лавиной. Тот первый вечер в карете, гостиница, тайные взгляды через залы, полные свечей, его руки на моей спине, его губы на моей шее. Сила любви, которую я чувствую к нему, едва не сбивает меня с ног.

Я в панике оборачиваюсь к Браму, но он просто стоит там, смеясь, будто происходящее — самая смешная вещь на свете.

В первом ряду королева Мор вскакивает, ее стул опрокидывается.

— Нет! — кричит она. — Брам, что ты наделал?!

Он качает головой, будто это всего лишь шутка, которую она просто не может понять.

— Схватить её.

Лидия Бентон

Я не знаю, куда смотреть. Повсюду люди кричат, рыдают, визжат так громко, что у меня звенят в ушах. Вспышка молнии разрезает небо как раз в тот момент, когда лорд Бекшем, у которого внезапно отросли волосы, спотыкается о меня и его начинает рвать в кусты.

Айви стоит у алтаря, обмякнув в объятиях Эммета. Я вытягиваю шею, ища глазами родителей, но оборачиваюсь и обнаруживаю, что лицо Брама всего в нескольких дюймах от моего. Он улыбается, и улыбка лениво расползается по его лицу, пока не показывается эта единственная ямочка на щеке.

— Привет, дорогая. Я скучал по тебе.

Я пытаюсь бежать, но каблуки вязнут в траве, и когда я спотыкаюсь, Брам обхватывает мое запястье своей рукой и резко дергает назад.

— Я больше не потеряю тебя.

— Пожалуйста… — мой голос дрожит. — Я не скажу ей.

Он затаскивает меня за ряд живой изгороди, окружающей низинный сад, и обхватывает руками за талию так крепко, что я не могу пошевелиться.

— Нет, не говори так. — Он вздыхает мне в волосы. — Скажи, что ты тоже скучала.

И я ненавижу его за это, но ненавижу себя еще больше. Я вспоминаю сны, которые снились мне последние пять месяцев, — те, после которых я просыпалась с мокрыми от слез щеками, чувствуя, что забыла нечто отчаянно важное. Я скучала по нему, даже когда не знала, что именно по нему.

Он целует меня так сильно, что это приводит меня в чувство. Я толкаю его в плечи, но он намного больше меня. Это лишь злит его сильнее. Он хватает меня за волосы, чтобы поцеловать еще жестче, и я бью его ногой в пах. Он отступает на несколько шагов, его прекрасное лицо искажается от ярости.

— Я не хотел, чтобы всё было так, Лидия.

— Ты только что женился на моей сестре. — Айви. О нет.

Всю мою жизнь, прежде чем я вышла из дома, мама целовала меня в макушку и говорила одно и то же: «Присматривай за сестрой».

Я не могу провалить единственную настоящую работу, которая у меня когда-либо была.

Где-то в хаосе мелькает белое подвенечное платье Айви. Эммет рядом с ней, он осматривает толпу, возвышаясь над всеми. Я машу руками над головой, чтобы привлечь его внимание, но Брам обхватывает меня со спины, прижимая их к бокам.

— Нам пора идти, любовь моя, — шепчет он.

— Нет, — рычу я, впиваясь пятками в мягкую землю.

— Но все так рады тебя видеть.

Я борюсь с ним, проклиная ту крошечную частицу себя, которая благодарна за то, что снова оказалась в его объятиях.

— Просто позволь мне сначала поговорить с ней.

Его прекрасное лицо омрачается.

— Я думал, ты любишь меня.