«В прошлом служил принцу Эдсаку? И после того, как Его Высочество бесславно сгинул в мясорубке Великого баклундского смога, этот ушлый тип умудрился не только выйти сухим из воды, но и весьма недурно устроиться… Одному богу известно, в чьем поместье он теперь тянет лямку управляющего… Вполне вероятно, что в его голове пылится парочка темных секретов». Клейн едва заметно кивнул, благоразумно воздержавшись от дальнейших расспросов, однако про себя крепко задумался: не стоит ли выкроить момент и как следует копнуть под этого Уильяма Сайкса.

«Если Сайкс и впрямь ведает о чем-то важном, та самая королевская фракция ни за что не оставила бы его болтаться без присмотра. А может, он и сам является верным псом этой своры. Как ни крути, брать его в разработку — затея смертельно опасная, и спихивать подобное поручение на мисс „Фокусник“, Эмлина Уайта или мисс Сио категорически нельзя… У мисс Шарон, конечно, силенок и талантов хватит с лихвой, вот только это неминуемо пустит под откос ее нынешнюю тихую, спокойную жизнь… Идеальным вариантом было бы вновь выпустить на сцену благородного разбойника „Темного Императора“. Загвоздка лишь в том, что пока тетрадь семьи Антигон не окажется в моих руках, любые раскопки вокруг Великого смога должны оставаться строго на периферии. Никакого шума, никаких всполошенных змей и непредсказуемых последствий…» — пока сыщик с напускной безмятежностью любовался проплывающими уличными пейзажами, в его голове вихрем проносился целый рой мыслей.

Взвесив всё, юноша решил пока стиснуть зубы и выждать, дабы случайной оплошностью не поставить под удар свою главную, первоочередную цель.

Покончив с плотным обедом и побаловав себя послеобеденным сном, Клейн с головой погрузился в уроки литературного вкуса и изящной словесности, корпя над книгами вплоть до самых сумерек.

Проводив наставника за порог, он уже вознамерился спуститься в обеденную залу на втором этаже, как вдруг тишину особняка разорвал резкий звон дверного колокольчика.

Под этот заливистый перезвон Клейн коротко скосил глаза на Ричардсона, и личный камердинер, послушно сделав пару шагов вперед, потянул тяжелую створку на себя.

На крыльце выросли две фигуры, облаченные в казенные мундиры с черно-белой клеткой. Опираясь на эполеты, нетрудно было вычислить их звания: перед ними стояли старший инспектор и сержант полиции.

— Господа офицеры, могу ли я узнать цель вашего визита? — учтиво, предвосхищая вопросы хозяина, осведомился Ричардсон.

Старший инспектор оказался весьма сухопарым, рослым мужчиной. Густая темная шевелюра была надежно упрятана под фуражку, обнажая лишь короткие виски. Цепко мазнув взглядом по убранству прихожей, он расплылся в теплой, располагающей улыбке:

— Я прибыл по душу мистера Дуэйна Дантеса. В нашем ведомстве открыто дело, ниточки от которого тянутся к нему и его мажордому.

— Что еще за дело? — Клейн неспешным, размеренным шагом приблизился к порогу. — Я и есть Дуэйн Дантес.

Представившись, юноша с безупречной вежливостью добавил:

— Господа офицеры, смею ли я узнать ваши имена?

— Если дело не терпит суеты и грозит затянуться, покорнейше прошу пройти в мою малую гостиную. Там мы сможем обстоятельно побеседовать за чашкой горячего чая.

Второй легавый — вернее сказать, сержант — оказалась молодой дамой весьма решительного и бравого вида. Заманчивое предложение явно пришлось ей по душе, и она бросила выжидающий взгляд на старшего инспектора, предоставляя право голоса начальству.

(Благодаря мощному влиянию Церкви Богини Вечной Ночи, ряды лоэнской полиции пестрели внушительным количеством женщин-офицеров. Увы, под гнетом иных религиозных догм и замшелых общественных предрассудков они всё же сталкивались с изрядной долей дискриминации. Девушкам редко доверяли оперативную работу, безжалостно спихивая на бумажную волокиту и бюрократию, а их карьерный рост неминуемо упирался в глухой, непробиваемый стеклянный потолок).

Старший инспектор ответил с вежливой улыбкой:

— Благодарю, обойдемся без чая. Однако следствие обязывает нас провести допрос среди вашей прислуги.

Выдержав короткую паузу, полицейский наконец взял быка за рога:

— Мистер Дуэйн Дантес, вам знакомо имя Уильям Сайкс?

— Мы свели краткое знакомство сегодня поутру, в стенах Королевского музея, — спинным мозгом почуяв, что дело пахнет скверным и совершенно непредсказуемым поворотом, Клейн сам пошел в наступление. — С ним приключилась какая-то беда?

Лицо старшего инспектора мгновенно окаменело, сбросив былую приветливость:

— Он мертв. Его труп обнаружили в одной из гостиниц неподалеку от Королевского музея.

— Мертв⁈ — сыщик даже не подумал прятать свое совершенно искреннее, неподдельное изумление.

«Я же только-только с ним пересекался, и он уже сыграл в ящик⁈»

«Выходит, на него уже давненько открыли сезон охоты?»

Инспектор с предельной серьезностью кивнул: