Совсем неподалеку на волнах безмолвно застыл еще один левиафан. Достигая в длину без малого двух сотен метров, судно щеголяло высоко загнутыми носом и кормой, отчего походило на изящный полумесяц.

Узрев реющий на мачте парус с изображением черного надгробия, Клейн молниеносно выудил из памяти леденящее душу имя:

«Вестник Смерти»!

Флагман «Бессмертного Короля» Агалито!

В это мгновение душу Клейна затопил отнюдь не первобытный трепет или леденящий страх, а жгучий, бьющий через край восторг:

«„Королева Мистики“ прямо сейчас находится на нашем судне, и на сей раз ей совершенно незачем таиться во мраке… В связке со мной, „Адмиралом Звезд“, Андерсоном Худом и всем экипажем „Будущего“ у нас есть железобетонный шанс стереть в порошок армаду „Бессмертного Короля“! Идеальный корм для „Ползучего голода“ сам приплыл в руки! Кандидаты в марионетки найдены!»

Но в этот самый миг «Вестник Смерти» внезапно заложил крутой вираж и, набрав пугающую, немыслимую скорость, рванул прочь от них.

Дал деру… просто взял и сбежал… Клейн на долю секунды опешил, впав в полнейший, немой ступор.

Вскоре зловещий силуэт «Вестника Смерти» окончательно растворился за горизонтом, исчезнув из виду.

Глава 674 Покидая корабль

«А они задали стрекача с пугающей скоростью… Стоило мне лишь подумать об этом…» — Клейн, неотрывно глядя на вздымающиеся и опадающие морские волны, на какое-то мгновение впал в полнейший ступор.

В вихре проносящихся мыслей у него зародилась смутная догадка:

'Второй помощник «Бессмертного Короля» Агалито, «Мясник» Гилхис, судя по всему, является «Дьяволом», а то и вовсе «Апостолом Желаний». Он наделен паранормальным даром загодя чуять угрозу и безошибочно вычислять ее источник. Стало быть, сам «Бессмертный Король» вполне может оказаться полубогом четвертой Последовательности из Пути «Дьявола»!

Выходит, стоило лишь команде «Будущего» осознать, что в их руках сосредоточена мощь, способная нанести ему фатальный урон, и вознамериться пустить ее в ход, как он мигом почуял неладное? Обнаружил незримое присутствие «Королевы Мистики» и без тени сомнений скомандовал отступление?

И это красноречиво доказывает, что «Королева Мистики» мгновением ранее тоже была готова вступить в бой. Иначе мои одни лишь голые амбиции вызвали бы у «Бессмертного Короля» разве что презрительную усмешку да спровоцировали бы яростную, сокрушительную контратаку…

Эх, этот паранормальный талант Пути «Дьявола» воистину чертовски удобен. Вырыть яму и загнать в капкан самого «Бессмертного Короля», равно как и его первого, второго или третьего помощников — задачка практически невыполнимая…' — с тяжелым вздохом констатировал про себя Клейн. Повернув голову, он скосил глаза на стоящего поодаль Андерсона Худа.

Лицо этого «Сильнейшего Охотника» всё еще кривилось в болезненной гримасе. Казалось, он разрывается между глухим отчаянием от того, что его проклятое невезение так и не сошло на нет, и искренним изумлением от трусливого бегства «Вестника Смерти». Весь его вид так и кричал о том, что происходящее — какой-то нелепый, неправильный спектакль.

Внезапно его взгляд дрогнул. Одолеваемый смутными подозрениями, он воровато заозирался по сторонам, словно в его голове только что сложился какой-то пазл.

«Какая досада, что черная полоса этого парня оказалась недостаточно убийственной. Иначе можно было бы смело пожертвовать им одним, дабы намертво посадить „Бессмертного Короля“ на крючок… Хе-хе, а разве не в этом кроется истинное, эталонное применение для „Провокатора“?» — сыщик круто развернулся и, зашагав по коридору, вернулся в собственную каюту.

Едва он толкнул деревянную створку, как его взору предстала до боли знакомая спина. Обладательница безупречной, статной фигуры, облаченная в свой привычный, эксцентричный наряд, невозмутимо застыла у иллюминатора. То была не кто иная, как «Королева Мистики» Бернадетт.

«Сударыня, неужто венценосный отец совершенно не обременял вас манерами? Вламываться без спроса в чужие покои, а уж тем более — в спальню незнакомого мужчины? Будучи истинной леди благородных кровей и безукоризненного воспитания, вам надлежало бы смиренно топтаться за порогом, кротко испрашивая дозволения войти… О великий император, неужели на просторах вашей необъятной памяти не завалялось ни единого трактата о воспитании благонравных девиц?» — Клейн разразился беззвучной, едкой тирадой и небрежным жестом захлопнул за собой дверь.

Не дав ему и рта раскрыть, «Королева Мистики» Бернадетт, так и не обернувшись, заговорила первая:

— Недавние события подтвердили одну мою догадку.

— И какую же? — титаническим усилием воли задавив рвущееся наружу любопытство, с ледяным равнодушием парировал Клейн.

Бернадетт даже не шелохнулась. Не отрывая взгляда от морского горизонта за стеклом, она продолжила:

— Легенда Агалито об «Источнике Вечной Молодости» — чистой воды фикция.