Вскинув голову и слегка прищурившись, Клейн увидел лишь слепящее, заливающее небеса золото. В вышине не было ни единого облачка, но и самого солнечного диска тоже не наблюдалось — лишь безбрежное, обжигающее сияние.

«Немудрено, что волшебное зеркало Арродес окрестило эти воды призрачным морем, вылепленным из пепла Битвы Богов…»

Скользнув взглядом по горизонту, он приметил неподалеку, чуть левее по курсу, россыпь древних руин.

Львиная доля этих развалин покоилась под водой. Над волнами громоздились лишь серые каменные глыбы и уцелевшие колонны, сплетающиеся в причудливые горные пики. Вершину этого хаоса венчал исполинский купол: опираясь на собственную изогнутую форму, он упрямо удерживал под собой весьма солидный воздушный карман.

В былые времена эти постройки наверняка поражали воображение своими исполинскими габаритами. Сквозь кристально чистую воду Клейн видел, как каменное основание уходит в бездонные пучины, теряясь во мраке.

— Этот океан таит в себе первобытную, смертоносную угрозу, — невесть когда оказавшись подле него, глухо обронила «Адмирал Звезд» Катлея.

Повернувшись вполоборота, Клейн устремил на нее спокойный взор, безмолвно призывая леди «Отшельника» продолжить.

Не отрывая взгляда от бескрайней дали, Катлея произнесла с ноткой щемящей тоски:

— Я бывала здесь нечасто, да и то — в далеком прошлом.

«„Я“, а не „мы“… Стало быть, она бороздила эти воды еще до того, как сколотила армаду „Будущего“… Неужто в те славные времена, когда она ходила под стягом „Королевы Мистики“?» — цепкий ум Клейна мгновенно выхватил эту лингвистическую оговорку, и в его голове созрела вполне логичная теория.

Так и не повернув головы, Катлея продолжала созерцать полыхающие золотом небеса и бушующие волны:

— Ни единой живой душе не ведомо, где обрывается этот океан и насколько он необъятен.

— Знаешь ли ты, что скрывает в себе самую жуткую угрозу в этих водах?

«…Дьявол, надо было вытрясти из Арродеса все детали еще тогда…» — сыщик с легкой досадой мотнул головой, сохраняя на лице абсолютную невозмутимость.

После недавней стычки с полубогом из свиты Истинного Творца, когда он чудом выскользнул из капкана лишь благодаря «Кости Вероятностей», Клейн долгие два месяца не решался вытаскивать радиоприемник в материальный мир. Он до смерти боялся, что зоркий взгляд еретического божества, взявшего эту акваторию на карандаш, мигом запеленгует его. А потому шанс навести мосты с волшебным зеркалом Арродесом так и не представился.

Изначально он планировал подобраться к границам гибельных пучин и, пустив в ход бумажного журавлика, выведать у Змея Судьбы Уилла Осептина подробную сводку о местных аномалиях. Увы, внезапный налет Бессмертного Короля Агалито спутал все карты: «Будущее» пулей рвануло вперед, лишив юношу драгоценного времени на подготовку.

Пурпурный отлив в глазах Катлеи, надежно скрытый за толстыми линзами, на мгновение замерцал, и она глухо обронила:

— В этих водах дрейфуют мириады затерянных руин, кишмя кишащих гротескными мутантами. Среди них то и дело попадаются слетевшие с катушек полубоги и первобытные, до одури древние бестии.

— Но это отнюдь не самое страшное. Будь проблема лишь в монстрах, великая семерка Церквей давно превратила бы этот океан в свои личные охотничьи угодья, щедро выкачивая отсюда Потусторонние материалы и артефакты высших эшелонов. Главная загвоздка в том, что львиная доля здешних тварей — чистой воды иллюзии. И пусть они способны хладнокровно выпустить нам кишки, после смерти от них не останется и жалкого пепла, не то что трофеев.

Едва эти слова сорвались с губ пиратки, как в памяти Клейна молниеносно всплыло имя Дракона Фантазии Анкевельта.

Ибо всё, что замышлял этот исполинский Владыка Драконов, неминуемо обретало плоть в реальности!

«Неужто эти воды — не что иное, как выжженное поле брани древних божеств Второй Эпохи?» — Клейн титаническим усилием воли заставил себя не сдвинуть сурово брови.

Голос «Адмирала Звезд» Катлеи зазвучал слегка отстраненно, словно доносясь издалека:

— Здесь никому не дано предугадать, какая именно угроза поджидает за следующим поворотом. Быть может, неосторожно приблизившись к очередным развалинам, вы попросту расплавитесь, обратившись в подобное восковой свече чудовище. А стоит лишь на волосок отклониться от проверенного фарватера, как налетевший шторм обратит вас в камень, чтобы в следующее мгновение безжалостно разбить вдребезги.

— Для Потусторонних нашего эшелона именно в этом и кроется самая чудовищная, фатальная опасность.

Клейн, слегка склонив голову набок, задал весьма проницательный встречный вопрос:

— А как насчет тех Потусторонних, кто стоит на ступень выше нас?

Катлея горько, с тяжелым вздохом усмехнулась:

— В этих водах эхом перекатываются голоса, которые не предназначены для ушей смертных.