Пальцы юноши еще даже не коснулись кости, как его слух уже резанули многократно наслаивающиеся друг на друга, призрачные мольбы и стоны. Перед мысленным взором вспыхнула череда иллюзий: мириады фанатично бьющих поклоны прихожан и заливающиеся горючими слезами повстанцы, рыдающие над внезапно расколовшимися в пыль идолами своего божества.

Глава 549 Высший эльф

Многократно наслаивающиеся друг на друга призрачные мольбы ворвались в уши. Клейн, казалось, вновь обрел плоть: в самых глубинах его разума пульсировала невыносимая боль, вызывая дикое желание с размаху впечататься головой в стену, чтобы физическим увечьем заглушить эти душевные муки.

Вереница картин, транслирующих мольбы самых разных людей, спровоцировала безудержный, пугающий приступ головокружения. Юноша почувствовал себя так, словно балансирует на самом краю бездонной пропасти, рискуя в любую секунду сорваться во мрак.

Хвала небесам, его духовное тело было надежно укреплено арканом «Темного Императора» и медным свистком Азика. К тому же, сыщик уже давно свыкся с ролью объекта чужих молитв. Окажись на его месте любой другой Потусторонний ниже ранга полубога, он бы уже рухнул в агонии, окончательно потеряв контроль и обернувшись гротескным монстром или же распавшись на куски кровоточащей плоти.

Все здешние Потусторонние характеристики сплелись воедино вокруг того самого змеиного клыка, выковав запечатанный артефакт. Причем уровень угрозы и его пагубные побочные эффекты явно перешагнули рамки «второго класса»… Клейн благоразумно не стал лезть на рожон. Напротив, он подался на несколько шагов назад, вырвавшись за пределы эпицентра голосов, чтобы хоть немного унять ту разрывающую дух боль и головокружение, грозившие разорвать его эфирное тело в клочья.

Замерев подле растекшейся жалкой лужей грязи туши Кавитувы, он устремил взор на белоснежный скипетр, безмолвно торчащий из полуразрушенной каменной колонны, лихорадочно прикидывая варианты, как бы сподручнее его умыкнуть.

В то же самое мгновение в его сознании само собой, словно по наитию, всплыло идеальное имя для этой диковинки:

«Скипетр Морского бога!»

«Судя по недавнему отклику, я вполне способен подобраться вплотную и вырвать его из камня, вот только продержусь от силы пару секунд — о том, чтобы таскать его с собой или пустить в ход, не может быть и речи… Впрочем, невелика беда. Стоит лишь сжать древко, как я немедленно оборву ритуал призыва и низвергнусь обратно в чертоги над серой мглой. Там этот барьер играючи отсечет многотысячный хор молящихся и наглухо заблокирует все неведомые пагубные эффекты, позволив мне препарировать артефакт в абсолютной безопасности…» — в голове Клейна молниеносно созрел изящный план.

Прибегать к гаданию на монете больше не требовалось: пребывая в бесплотной форме эфирного духа, он на одних инстинктах мог нащупать связь с миром духов и получить нужное откровение.

Духовная интуиция железобетонно подтвердила: этот маневр не таит в себе фатальной угрозы.

Приняв окончательное решение, Клейн принялся за зачистку поля боя, заодно вознамерившись прочесать древние эльфийские руины на предмет ценных трофеев.

Первым делом он скользнул в угол зала, подобрал полупрозрачный флакон с биологическим токсином, сноровисто закрутил крышку и надежно укрыл склянку в недрах своей призрачной плоти. А когда обернулся, то с изумлением обнаружил, что из-под гнилостных ошметков Кавитувы наполовину выглядывает до боли знакомый железный портсигар.

«Надо же… А я-то грешным делом решил, что эта морская змеюка проглотила его и давно переварила в труху…» — мысленно поцокав языком от удивления, Клейн проворно устремился к находке.

Поскольку его эфирное тело всё еще слегка покалывало от растворенных в морской воде остаточных разрядов молний, он лишь плавно вскинул правую руку. Повинуясь невидимой тяге, железный портсигар неспешно воспарил над землей и послушно опустился в раскрытую ладонь.

Бегло окинув коробочку взглядом, Клейн подметил, что металлическая поверхность сплошь изъедена глубокими оспинами коррозии, однако всё еще вполне годилась для использования. Чего нельзя было сказать об остальном мусоре, затянутом в тот чудовищный водоворот: от него не осталось и следа.

«Неужто въевшаяся аура серой мглы пришлась Кавитуве не по вкусу, и тварь попросту изрыгнула его обратно? Или же сам портсигар претерпел некую мутацию, став устойчивым к кислоте, и чудом дотянул до гибели „Морского бога“?» — теряясь в догадках, Клейн тем не менее ловко втянул портсигар в себя, отложив препарирование этой загадки до лучших времен.

В подобной мясорубке счет шел на жалкие секунды. Промедление было смерти подобно, ведь одному богу известно, когда именно казенные ищейки Церкви Повелителя Бурь вкупе с армейскими чинами нагрянут в эти развалины!

Заложив широкую дугу вокруг полуразрушенной колонны, юноша просочился в дальнюю, практически стертую с лица земли заднюю часть монументального зала.