Опустив кулак, Элджер уверенным шагом переступил порог. Его взору предстала целая комната беспробудно спящих тел.

Глава 529 Безмолвный уговор

Улица Кислого Лимона, 48. Снаружи гостиницы «Лазурный Ветер».

Облаченный в плотную куртку и широкие брюки «Пылающий» Даниц, сделав изрядный крюк, вернулся обратно. Вжавшись в стену на углу, он застыл как вкопанный, не решаясь сделать ни шагу и мучительно раздумывая, не стоит ли под шумок дать деру, чтобы больше никогда в жизни не пересекаться с этим пугающим психопатом Германом Воробьем.

В отличие от той внезапной стычки в порту Банси, на сей раз пират укрылся на соседней крыше, откуда вся арена боевых действий была как на ладони. Именно поэтому, прикрывая спину Германа Воробья и сдерживая «Кровавого Шипа» Хантли, он наконец-то смог воочию разглядеть стиль боя этого безумного авантюриста, подметив все его паранормальные таланты и пугающие странности.

Подмена бумажным двойником, телепортация сквозь пламя, ментальные удары, святое сияние из домена «Солнца», воздушные пули по щелчку пальцев, безупречный дар принимать чужую личину, а вдобавок — та самая жуткая перчатка, что несколько раз меняла форму и с потрохами сожрала Сколла… Арсенал Воробья оказался поистине немыслимым, причем некоторые способности откровенно конфликтовали друг с другом. Подобный феномен решительно невозможно было списать на банальное сочетание одного Пути и пары мистических артефактов… Да и то леденящее душу, исходящее из самых глубин естества чувство всепоглощающего голода говорило о многом… Перчатка покойного «Вице-адмирала Урагана», «Ползучий голод»! Капитан ведь лично предостерегала команду, что эта дрянь способна «пасти» души других Потусторонних, даруя носителю их силу… В голове Даница вновь пронесся вихрь недавних мыслей, сложившись в железобетонный вывод:

Герман Воробей — новый хозяин «Ползучего голода»!

И тот факт, что столь чудовищная мощь авантюриста отчасти зиждилась на дьявольском артефакте, ничуть не умалил его опасности в глазах пирата. Напротив, Даниц проникся к нему еще большим, первобытным трепетом.

Во-первых, эффективность любой мистической реликвии всегда упирается в личные таланты владельца. Не обладай Герман Воробей солидной собственной силой и колоссальным опытом магических схваток, даже с «Ползучим голодом» на руке ему бы ни за что не удалось стереть в порошок «Стального» Маквити вкупе с хладнокровным Сколлом за какие-то жалкие десять секунд.

А во-вторых, его капитан, «Вице-адмирал Айсберг» Эдвина Эдвардс, по своим теневым каналам выведала одну пугающую деталь: «Вице-адмирал Ураган» пал вовсе не от рук инквизиторов Церкви Повелителя Бурь. Его хладнокровно и молниеносно прикончил некий неведомый, сверхмогущественный мастер прямо во время бегства.

Насколько ужасающ был Килангос на пике своей славы, Даниц знал не понаслышке. И он кристально ясно понимал: тот, кому по силам играючи разделаться с подобным монстром, стоит на поистине недосягаемой высоте. Эта мощь была сопоставима лишь с теми, кто восседал на самой вершине пиратского Олимпа — с двумя величайшими и самыми пугающими владыками океанов, «Королем Пяти Морей» и «Таинственной Королевой»!

«Разумеется, нельзя сбрасывать со счетов фактор внезапности, но даже при таком раскладе этот убийца ничуть не уступает „Бессмертному Королю“, а то и на голову превосходит „Адмирала Ада“ и „Адмирала Крови“… Раз уж „Ползучий голод“ теперь красуется на руке Германа Воробья, значит, либо он сам и есть тот самый монстр, пустивший Килангоса в расход, либо за его спиной маячит фигура калибра пиратских Королей. И оба эти варианта в тысячи раз страшнее всего, что я себе нафантазировал!» — от подобных мыслей мышцы Даница свело судорогой. Ему до смерти не хотелось вновь встречаться взглядом с этим авантюристом, в чьих жилах течет чистое безумие.

Фух… Пират с шумом выдохнул. Осознав, что его топтание на месте непозволительно затянулось, он заставил себя принять окончательное решение.

«Герман Воробей виртуозно владеет прорицанием и чертовски уверен в этом таланте. К тому же мой „Теневой плащ“ всё еще у него. Дать деру сейчас — затея почти безнадежная, да еще и взбесит этого психа до белого каления… Да и „Теневой плащ“ на дороге не валяется, артефакт больно редкий…» — до хруста стиснув челюсти, Даниц вынырнул из-за угла. Решительно переступив порог гостиницы, он поднялся на нужный этаж и замер перед дверью того самого роскошного люкса.

Выждав несколько напряженных секунд и прислушавшись к тишине, пират выудил ключ и отпер замок.

Внутри царил густой полумрак. Газовые рожки так и остались незажженными, и лишь скудные лучи утреннего солнца пробивались сквозь окно, падая прямо на сидящего лицом к входу Германа Воробья.

Авантюрист уже успел вернуть себе привычный облик. Облаченный в черное суконное пальто и темные брюки, он небрежно закинул правую ногу на левое колено, сжимая в руке шелковый полуцилиндр.