Оздар провёл рукой, и на экране появилось видео. Я увидела улицы, заполненные людьми. Нет, не людьми. Адаронцами. Они были высокими, стройными, с идеальными чертами лиц. Но у некоторых были рога — изящные, изогнутые, растущие чуть выше лба. У них же хвосты, длинные и гибкие. У вторых кожа была серой или серебристой, а уши заострёнными, как у эльфов из сказок. У третьих кожа сверкала словно перламутр. Но все они двигались с грацией, улыбались, разговаривали. Среди них были и женщины. Меньше, но все же они не выглядели изможденными или несчастными. Они были... живыми. Настоящими. Адаронцы очень похожи на землян, не считая некоторых внешних различий.

— Существует пять основных рас адаронцев, — начал объяснять Оздар. — Файры, к которым отношусь я. У нас обычно красные или рыжие волосы, редко красные глаза, как у меня к примеру. Ашуры — обычно темноволосые с мощным телосложением. Сафы — с белыми или серебристыми волосами и светлыми глазами. Лайсы — у них есть хвост, рога и у них часто перламутровая светлая кожа. И геры — с серой или тёмной кожей и заострёнными ушами. Но все мы — адаронцы.

Видео сменилось. Теперь я видела семью. Женщина, явно землянка, судя по её внешности, сидела в окружении четырёх мужчин. Один из них держал на руках младенца, другой обнимал её за плечи, третий что-то готовил на кухне, а четвёртый играл с маленькой девочкой на полу. Все они улыбались. Все они выглядели... счастливыми.

— Это одна из землянок, которых мы спасли три года назад, — тихо сказал Оздар. — Её зовут Екатерина. Она была тяжело больна. Врачи давали ей месяц. Сейчас она здорова, замужем, у неё двое детей. Она... счастлива.

Я почувствовала, как к горлу подкатил ком. Это было слишком идеально. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Но как? — прошептала я. — Как вы их лечите?

Оздар коснулся своей шеи, где светились серебристые линии.

— Лиафрит, — сказал он. — Это энергия нашей священной планеты, Лиаф. Много тысяч лет назад наша цивилизация была на грани вымирания. Мы были слабыми, болезненными, умирали молодыми. Но затем мы обнаружили Лиаф — планету, пульсирующую чистой энергией. Она поделилась с нами своей силой. Она изменила нас. Сделала сильнее, здоровее, продлила нашу жизнь. Мы живём в среднем сто семьдесят лет. Некоторые доживают до двухсот пятидесяти. Члены Совета, до трехсот.

Он замолчал, глядя на меня.

— Лиафрит течёт в наших венах. Он исцеляет раны, борется с болезнями, замедляет старение. И когда мы вводим его в тело умирающей землянки, он делает то же самое. Он исцеляет её. Но он также изменяет её, продлевая жизнь. Навсегда связывает с Адароном. Без лиафрита она больше не сможет жить на Земле. Её тело будет отторгать земную атмосферу, земную пищу. Она просто становится частью нашего мира.

Я молчала, переваривая информацию. Это было невероятно. Невозможно. Но я видела доказательства своими глазами. Видела спящую Анну в капсуле. Видела счастливые лица землянок на видео. Видела самого Оздара, с его светящимися глазами и серебристыми линиями на шее.

— Я... я не знаю, что сказать, — призналась, и мой голос дрогнул.

Я уже знала, чего хочу. Но мне было страшно. Вдруг все это ложь? Вдруг обман, и по прилету на Виэрию, окажется что нас землянок жестко обманывают и используют в своих целях? Но они хорошо это придумали. Забирать женщин, у которых нет иного шанса на жизнь. Что им остается? Что мне остается? Ради дочери могу ли я рискнуть? С ней уже все решено. Будущего у нее нет. И я как мать должна использовать любую возможность чтобы спасти ее. Но могу ли я рисковать жизнью сына? Но и оставить я его не могу.

— Вам не нужно ничего говорить, — мягко ответил Оздар. — Я просто хотел, чтобы вы знали правду. Чтобы вы не боялись меня.

Я кивнула, но внутри всё ещё бушевала буря эмоций. Страх, недоверие, любопытство, надежда — всё смешалось в один клубок.

— Этот лиафрит, — начала я, и мой голос прозвучал хрипло, — он может вылечить только взрослых женщин? Или... или ребёнка тоже?

Оздар замер. Его красные глаза впились в меня, и я увидела, как что-то изменилось в его взгляде. Удивление. Понимание. Сочувствие.

— Он может вылечить кого угодно, — тихо сказал он. — Женщину, мужчину, ребёнка. Неважно. Лиафрит это чистая энергия, и она исцеляет всех.

Мир вокруг меня поплыл. Я схватилась за край стола, чувствуя, как подкашиваются ноги.

— В вашем Адароне люди не умирают от болезней? — Я должна знать все, чтобы быть уверенной.

Оздар тяжело вздохнул, покачав головой.

— Разумеется есть болезни, которые лиафрит вылечить не в силах. Те, что появляются на Адароне, к примеру. Но ученые быстро находят их, изучают и уничтожают с помощью новых лекарств. Земные болезни лиафрит в силах уничтожить любые. Болезни, раны, травмы. Одну женщину пять лет назад врачи почти собирали заново по частям, после тяжелой аварии. Она долго лечилась. Понадобилось два месяца, но она выздоровела и сейчас у нее своя семья. Она супруга моего друга. Одного из членов Совета.