Глаза Марка темнеют, скулы напрягаются. Не успеваю пикнуть, как он оттесняет меня на кухню.

– Какой, блять, папа? – тихо рычит, нависая надо мной так, что мне приходится запрокинуть голову.

– А что я должна была сказать? – скрестив руки на груди, с вызовом смотрю на него. – Что ты жадный клиент, который рассчитывал на халявный секс? Ты мне так всю репутацию на рынке услуг испортишь!

Мы молча пялимся друг на друга. Уступать я не собираюсь. Не могу не припомнить Грешнику его слова.

В ту встречу, когда Марк ни с того ни с сего назвал меня эскортницей, а потом психанул и ушел, я какое-то время искренне ждала, что он припрется с икрой и начнет меня троллить. Но он не вернулся. И только тогда я поняла, что он в действительности принял меня за проститутку.

Я поныла, конечно, потому что… ну-у… как бы депрессия с похмелья и обидно немножко. А потом, утром, проанализировала. С учетом того, что за те три раза, что мы виделись, мы два раза обжимались, а в третий раз я чуть не раздвинула ноги за лапшу, неудивительно, что он подумал обо мне невесть что. Странно только, что ему пришел на ум именно эскорт. Я же не просила денег. Из-за шутки с прайсом? Или ущемила достоинство тем, что сказала, что не по карману?

Самое обидное, что у меня такое впервые. Я легко схожусь с людьми, открыта к общению и отдам последнее, если человеку нужна помощь. Но с парнями из френдзоны перехожу к отношениям очень осторожно. А с Марком крышу снесло. И с Ильей тоже немного на день рождения Ленки. Но в этом опять же виноват Марк со своими приставаниями... И немножко шампанское. Короче, так себе у меня морально-нравственный облик вырисовывается.

Решив, что на этом точно пора остановиться, я просто заблокировала номер этого затейника. И рассчитывала вообще больше никогда его не увидеть. Правда, вопреки здравому смыслу, все же немного скучала.

Давно у меня не было того, что я чувствовала рядом с ним. В лесу он пугал меня, но нес обратно на руках. Когда я помирала с похмелья, он приехал и выхаживал меня. В его грубости было больше мужской заботы, чем во всех ухаживаниях вежливых мальчиков из моего окружения, которые при первой же проблеме или сливались “по делам”, или хотели что-то взамен.

Сколько раз я слышала “если что, звони” и знала, что не позвоню, потому что от меня всегда могли потребовать взамен то, что я не готова дать. А с Грешником, несмотря ни на что, было страшно, но… безопасно.

Поэтому иногда поглядывала за поисковым чатом, куда меня добавили после первого поиска. Сегодня хотела поучаствовать в городском, но работала. А под конец смены позвонил Даня.

Он работал в нашем магазине, мы хорошо общались. У них в доме отключили воду на профилактику, и он напросился ко мне в душ, обещая помочь поменять прокладку в капающем кране.

Данька притащил с собой пива и чипсов. Мы планировали посмотреть какой-нибудь фильм и поболтать.

А тут вот – явление.

– Я сейчас за икрой сбегаю, – цедит Марк, глядя на меня так, будто вот-вот оторвет голову.

– Извини, у меня рабочий день уже почти закончился, – язвлю с милой улыбочкой.

– Свет, ты же говорила, что у тебя родители в аварии погибли, – Даня осторожно заглядывает в кухню.

Даня меньше Марка раза в два и по комплекции, и по возрасту, но по выражению его лица я вижу, что он готов вступить даже в неравную схватку, если мне угрожает опасность.

Я теряюсь. Блин. Из головы вылетело, что я ему когда-то рассказывала об аварии.

– А я ее удочерил, – свирепо оборачивается к нему Марк.

– Ты что хотел-то, папочка? – повышаю голос, оттягивая внимание на себя, потому что мне кажется, что Дане может грозить реальная опасность. – Или тебе больше нравится, чтобы тебя называли “папик”?

– Сучка, – с восхищением усмехается Марк. На секунду его взгляд смягчается, скользнув по моим губам. – Язык бы оторвал, но, боюсь, это скажется на твоем доходе.

Дергаю бровью, ничего не отвечая. Не хочу больше этих игр. Потому что чувствую, как снова начинаю втягиваться. Потом опять буду думать о нем перед сном. Я ведь до сих пор покрываюсь мурашками от воспоминаний о том, как он прижимал меня к себе. Не было у меня таких ощущений ни с кем и никогда.

– Помощь твоя нужна. Как талисмана, – сдается Марк с откровенной неохотой в голосе. Будто ему физически тяжело это признавать. – Просто покатаешься со мной по району. Поищем потеряшку. По прайсу… договоримся, – пытается он пошутить с серьезным лицом.

Бросаю взгляд на стол, где уже стоит пиво, стеклянный салатник с чипсами и ноутбук.

– Я не могу, – стараясь, чтобы мой голос звучал равнодушно, пожимаю плечами. – У меня гости.

Лицо Марка мрачнеет. Он переводит взгляд с меня на Даню, потом на бутылки с пивом.

– Ясно, – разворачивается и уходит в коридор. – Ну, отдыхай.

Хлопает входная дверь. Даня, поежившись, заходит на кухню.

– Жесть. Это кто вообще был? Твой бывший?