Настоящей, сука.

В машине тогда, после леса... я же поверил в то, что она дрожит в моих руках от страсти, а не включает демоверсию для перспективного клиента. И даже когда понял, что она – подруга девушки моего брата, у которой на лбу бегущей строкой написано “ищу спонсора”, все равно думал, что совпадение…

Даже когда я смотрел на нее в клубе, а потом видел эти блядские кружочки, где она радостно бухает и катается с таким же малолетним мажором, мне хотелось верить, что это просто пьяная глупость.

А потом складываешь два и два: крошечная простенькая квартирка на окраине и тусовка в VIP-зоне в мажорном клубе.

“Я не эскортница!”

Конечно нет, маленькая. Просто совершенно случайно натягиваешь на себя откровенное платье, чтобы потереться рядом с богатенькими мальчиками, и как течная кошка отдаешься мужику на дорогой тачке, стоит ему проявить напор. Девочка из трущоб просто вышла на охоту, прицепом за своей ушлой подружкой.

Ну неужели так трудно было сказать: да, я ищу спонсора, но ты меня зацепил? Я же принял правила игры. Зачем было ломать эту дешевую комедию с оскорбленной невинностью и все портить?

– Марк!

– Да что, блять?! – рявкаю в ответ и таращусь на брата. Терпеть не могу, когда меня отвлекают от мыслей.

– На день рождения приедешь, спрашиваю?

– А Моёт и шалавы будут? – усмехаюсь.

Матвей отворачивается к окну, закатывая глаза.

– Что, нет? – фальшиво расстраиваюсь. – Неужели почки закончились?

– Да что ты домотался? Я что, у тебя в долг просил? – подпрыгнув, оборачивается он, таращась в ответ.

– Сука, ты приемный, точно тебе говорю, – тянусь снова к пачке. – У нас долбоебов в роду не было.

– На себя посмотри, – отворачивается Матвей и следит за тротуарами в надежде увидеть нашу потеряшку. – Можешь не приезжать.

– Спасибо, – усмехаюсь, прикуривая.

– И на свадьбу, – добавляет тише.

Закашливаюсь. Ошарашенно перевариваю пару секунд. Надеюсь, он просто ляпнул, чтобы меня побесить, потому что если нет, это жопа.

– Дай угадаю, в кредит? – хмыкаю, взяв себя в руки.

Брат выдыхает шумно, но молчит.

До метро доезжаем в тишине. Матвей все еще дуется, но мне плевать. Пусть обижается сколько влезет, зато, может, хоть мозги на место встанут, если они у него еще остались.

– Давай, – коротко бросаю, когда он выбирается из машины.

Матвей бурчит что-то себе под нос и хлопает дверью.

Провожаю его взглядом, пока он не скрывается в подземном переходе, и снова выруливаю на проспект.

Время близится к одиннадцати.

Ориентировка на женщину с деменцией висит во всех чатах, но пока глухо. Я петляю по закоулкам частного сектора, вглядываясь в каждое темное пятно, подсвечиваемое фарами. Внутри ворочается глухое раздражение, смешанное с беспокойством. Ночь сегодня прохладная, а у потеряшки проблема с координацией. Если она забрела куда-то в заброшки или упала в канаву, до утра может и не дотянуть.

Незаметно для самого себя выруливаю в знакомый обшарпанный двор. Торможу прямо напротив крайнего подъезда. Четвертый этаж. В окне горит свет.

Барабаню пальцами по оплетке руля, глядя на желтый квадрат. Какого хрена я здесь делаю? Хочу убедиться, что малолетняя дрянь дома, а не тусит в клубе? Или…

Вспоминаю, как в ее первый же выезд мы нашли деда. Случайность, конечно. Простое стечение обстоятельств. Но в нашем деле иногда хочется верить во всякую волшебную херню. А вдруг эта отрава реально приносит удачу? Тем более, потеряшку надо найти до утра.

Глушу мотор, даже не пытаясь придумать адекватное оправдание своему порыву. Выбираюсь из машины и иду к подъезду. Код я отлично помню, несмотря на то, что не был здесь уже две недели.

Поднимаюсь на четвертый этаж, перепрыгивая через ступеньку. Останавливаюсь перед простенькой металлической дверью и жму на звонок. Секунда, две, три. Тишина. Жму еще раз, дольше и настойчивее.

За дверью слышится какая-то возня, шаги. Щелкает замок. Дверь приоткрывается, и в щели появляется взлохмаченная рыжая макушка.

Света смотрит на меня ошарашенно. Она в очередной растянутой домашней футболке, босиком, на лице ни грамма косметики.

– Ты? – выдыхает она, хлопая ресницами.

– Я, – невозмутимо отзываюсь, оттесняя ее плечом и по-хозяйски проходя в узкий коридор. – Одевайся. Ты мне срочно нужна.

Она открывает рот, чтобы возмутиться, но не успевает произнести ни звука.

Щелкает замок, и из ванной, на ходу вытирая лицо полотенцем, выходит какой-то хмырь. Молодой, лет двадцать с небольшим, в одних трениках.

Он замирает, увидев меня в коридоре. Мы несколько секунд молча пялимся друг на друга.

– А это кто? – наконец, выдавливает из себя пацан, переводя растерянный взгляд на Свету.

Тоже перевожу на нее заинтересованный взгляд.

– Папа, – не моргнув глазом, врет Света, глядя на меня.

19. Чудо