От разговора нас отвлекает администратор – клиент просит о персональной скидке, поэтому Дюша уходит, а я неторопливо пью кофе. Разглядывая на стене плакаты с голыми бабами, перепачканными в смазке и с инструментами в руках, вспоминаю, как двадцать лет назад работал в этом сервисе, потому что бизнес прогорел, а платить по счетам надо было. Выручил он меня тогда очень. Можно было брать зарплату ежедневно и не думать хотя бы о хлебе насущном. Дела потихоньку наладились, а мы с ребятами так и дружим уже много лет.

Вообще, я люблю сюда приезжать, чтобы заземлиться немного. Сегодня мне маятно, поэтому я с удовольствием общаюсь с мужиками, когда они приходят на перерыв. Мы обсуждаем машины, политику и спорт, пока меня не отвлекает звонок телефона.

Увидев номер, хмурюсь, – Матвей звонит по видеовызову.

Быстро поднимаюсь из-за стола и выхожу на улицу.

– Ты, вроде, со мной не разговариваешь? – подозрительно пялюсь в экран, глядя на то, как брат идет по лесной тропинке.

– Я там тебе точку скинул, – громко икает он, покосившись на меня. – Едь срочно.

– Что случилось? Вроде никакого клича в чате не было, – уточняю, хлопая себя по карманам в поисках ключей. – Кто потерялся?

– Я потерялся! – недовольно закатывает глаза Матвей, снова икая. – У тебя же есть сирена?

– Ты что, пьяный что ли? – повышаю голос.

– “Мне сегодня тридцать лет”, – мелодично напевает. – Ладно, попробую сам выйти.

– Так! Я еду! Ты давай там притормози, пока связь не пропала, – рычу на него, прыгая в машину. Сбрасывает. – Алкаш.

Вообще, я не понимаю, как брат умудрился заблудиться, будучи поисковиком. Хотя, как-то отец, заядлый грибник, который нас с Матвеем и влюбил в лес, рассказывал, что заплутал в месте, в котором гулял с детства и знал, как свои пять пальцев. Главное, не поддаться панике и в то же время, наоборот, излишней самоуверенности. То, что Мот попросил помощи сразу, не доводя ситуацию до того, когда заблудится окончательно, очень правильный выбор.

До нужного места ехать на средней скорости минут тридцать-сорок от силы. Я доеду за двадцать. Матвей празднует день рождения на базе отдыха на берегу водохранилища, которая пользуется спросом и у местных жителей, и у приезжающих отдохнуть от городской суеты. Здесь есть дома для компаний, беседки и пляж для тех, кто приезжает просто покупаться. Из развлечений тир, контактный зоопарк, яхты, баня. Чуть дальше за базой, через три деревни, живут наши родители...

Сворачиваю с основной дороги на второстепенную и продолжаю гнать, не сильно стараясь объезжать ухабы, которых здесь несчетное количество. Сквозь зубы матюкаясь и сторонясь малолетних велосипедистов, опасно виляющих по обочине, подъезжаю к шлагбауму и выскакиваю на улицу. Оплатив въезд, проезжаю на большую облагороженную территорию и набираю номер Матвея. Гудок не проходит.

Бросив машину на узкой дороге возле административного корпуса, захожу внутрь.

– Здравствуйте, – рявкаю милой девочке-администраторше с глазами испуганного олененка. – Грешнов Матвей какой дом снимает?

– Минуточку, – лезет она в программу.

Спустя минуточку я выхожу из здания с мысленной картой “налево, до развилки, потом направо, еще раз направо и до конца”.

Поплутав между елок и поворотов, со второго раза нахожу нужный дом с табличкой “16”. На подъезде замечаю большую компанию возле мангала и брата, что-то увлеченно рассказывающего своему другу с пивом в руках.

Сжимаю руль до жалобного скрипа оплетки. Матвей жив и здоров, можно ехать обратно, но мне на правах старшего хочется дать этому малолетнему идиоту хорошего такого леща.

Завернув на маленькую стоянку возле дома, глушу двигатель и направляюсь к компании.

Мангальная зона с небольшой беседкой находится немного в стороне от дома. Играет музыка, гости громко разговаривают.

– О, – заметив меня, Матвей отделяется от компании, широко улыбается и раскрывает объятия. – А вот и братишка!

Кулаки сжимаются сами собой.

– Тамбовский волк тебе братишка, – выдыхаю, притормаживая. – Ты охуел? Я все камеры собрал на превышение, думал, ты еще по лесу шаришься. А ты бухаешь тут!

– Да я и не терялся, – пожимает он плечами, пристально глядя на меня. – Просто ты бы иначе не приехал.

Шумно вдыхаю, поджимая губы, чтобы не обматерить его.

– Пьяный придурок, – сердито усмехаюсь. – Я из-за тебя все дела бросил. И вообще, я без подарка.

– Да мы тут тоже без Моёта и шлюх, – обиженно вздергивает брат подбородок. – Но есть шашлык и вискарь. Будешь?

– Водку? Теплую? Из горла? – сгребаю его в объятия. Матвей сжимает мои ребра до хруста.

Со стороны дома слышится звон. Оборачиваюсь. Рыжая девчонка в черном свободном костюме, присев на корточки, собирает рассыпанные вилки обратно на поднос.

– Свет, ты чего, споткнулась? – тут же отпускает меня Матвей и направляется к ней. – Давай помогу.

Света нехотя оборачивается, бросая взгляд на меня. Красная как помидор. Конечно, у нее же “свидание” сегодня, если мне не изменяет память.

– Я уже собрала, – распрямляется, глядя на Мота. – Пойду, сполосну. Привет, Марк.

– Привет, – хмыкаю, провожая ее взглядом.

Смотрим с братом, как она ныряет обратно за дверь.

– Ну так что, останешься? – вздыхает Матвей.