Я бросил телефон на стол и в конечном итоге просто уставился в окно.

***

Утро началось совсем не с привычного для Гены Петрова тихого стона и лихорадочного поиска аспирина, а с тишины. Организм, сильно удивившись восьми часам полноценного сна, решил не бастовать , а просто степенно включиться в рабочий режим.

Я потянулся, слушая, как тихо хрустят позвонки.,. Странное дело: диван тот же -– продавленный, с торчащей пружиной, которая вечно норовит незаметно впиться в бок, -- а ощущения совершенно другие. Тело казалось отдохнувшим и весьма заряжнным. Видимо , вчерашний эмоциональный и финансовый допинг сработал лучше любого санаторного лечения.

Шлёпая босыми ногами по холодному и весьма скльзкому линолеуму, я направился в ванную.

Включил душ.,. Ржавые старые трубы недовольно заворчали, выплюнули небольшую порцию жутко ледяной воды, а затем, в то же время сменив гнев на милость, выдали вполне сносный тёплый поток. Я стоял под струями, тщательно смывая с себя остатки сна , и думал о том, что жизнь -– штука удивительно пластичная и гибкая.

Одевшись, я протёр своё запотевшее зеркало ладонью.

Оттда на меня смотрел незнакомый человек.,.

Нет, кончечно, черты лица остались совершенно прежними : тот же нос с небольшим горбинком, те же серо-голубые глаза. Но вчерашний визит в барбершоп, сотворил маленькое, неожиданное чудо. Исчезла неопрятная, кустистая растительность, превращавшая Гену в обычного щербатого обитателя подвальных помещений. Аккуратная щетина, придавала лицу жёсткость и даже некий шарм потрёпаного жизнью мужчины.,. Тени под глазами в настоящее время заметно посветлели -- спасибо сну.

Я повертел головой, разглядывая себя с разных сторон и ракурсов.

– А ты ничего, Геннадий, – хмыкнул я своему отражению. – Если тебя как следует отмыть, немного приодеть и категорически запретить пить «Балтику», вполне можно сойти за вполне нормального человека.

На кухне царил привычный, довольно унылый минимализм, но в настоящее время он почему-то совсем не угнетал. Я достал из холодильника батон, масло и небольшой кусок «Докторской». Нарезал хлеб толстыми, щедрыми ломтями, очень старательно намазал маслом. Кофе, правда, был всё тот же -- растворимая пыль каких-то бразильских дорог, но сегодня и он ведь казался достойным напитком.

Я тщательно пережевывал бутерброд, глядя в окно на серую, тяжёлую хмарь, и чувствовал себя как перед какой-то большой охотой.

План на день был прост и довольно элегантен. Повторить вчерашний успех. Ещё полмиллиона.

Лимиты обновляются раз в сутки. Значит, мой небольшой пластиковый ключ от сокровищницы снова абсолютно готов к работе. Главное -– не жадничать и незаметно действовать, не светиться лишний раз.

«Шкода» завелась с пол-оборота, словно тоже в настоящее время чувствовала настроение своего хозяина. Я вырулил со двора , игнорируя косые, изучающие взгляды соседей ( ещё бы, Гена Петров выехал на работу чисто выбритым и в новой классной куртке -- событие, без преувеличения, районного масштаба), и направился в сторону МКАДа.

Город жил в своём обычном ритме : пробки, суета, грязный снег на обочинах. Но я медленно скользил сквозь этот привычный поток, чувствуя своё потенциальное превосходство. У них -– ипотеки, дедлайны и начальники-самодуры. У меня же -- волшебная карта в кармане... и очень чёткое знание, где в настоящее время лежат деньги.

Приложение банка подсказало нужную точку. Небольшой, довольно тесный магазинчик «Продукты » в одном из спальных районов за кольцевой, неподалёку от развязки. Глушь, промзона рядом, жилые дома совсем старой постройки. Идеально – как отметил бы Майкл Фассбендер.,.

Банкомат Т-Банка стоял, судя по всему, прямо у входа.

Я припарковался в соседнем дворе; натянул капюшон новой куртки на самый нос. Тщательно поправил воротник. Теперь я просто ещё одна безликая, незаметная фигура. Никаких особых примет. Просто обычный прохожий, которому срочно понадобилось купить хлеба или незаметно снять наличку.

Идти пришлось метров двести. Какая-то мысль куртилась где-то на подкорке, но с каждым шагом она постепенно ускользала, и я никак не мог за неё зацепиться. Остановился. Телефон. Я достал его из кармана и выключил.

Магазин выглядел так, будто напрочь застрял в девяностых. Дверь открылась с неприятно протяжным, скрипучим скрипом, возвещая о моём приходе.

Банкомат стоял в самом углу небольшого торгового зала, плотно зажатый между автоматом с игрушками и обычным кофейным аппаратом.

Я спокойно подошел к нему, стараясь совершенно не делать резких или лишних движений. Встал так, чтобы козырек капюшона тщательно перекрывал обзор встроенной камере. Плечом решительно загородил экран от потенциального взгляда продавщицы, хотя ей, кажется, было абсолютно все равно — хоть я тут целый сейф взрывай.

Достал карту.

Коснулся считывателя.

Пик.

«Введите ПИН-код».