Пока готовился торжественный обед, я решил провести для своей спутницы небольшую экскурсию, заодно и сам вспоминая, что где в родовом гнезде находится. Вообще, Думштадт, а именно так назывался замок, по меркам фортификационных сооружений был не самым грандиозным. И тем не менее в его архитектурный ансамбль входило более ста десяти немаленьких комнат, включая помещения для слуг и стражи, коих было три сотни — кого и сколько в точности, я сказать не мог, вернее, мог, но для этого нужно было напрягать память и шевелить извилинами, чего бы не хотелось — этой радости и в Америке хватало, а тут я хотел отдохнуть. Ещё в замке были различные технические помещения — правители Латверии всегда старались идти в ногу со временем и модернизировали свою обитель (и, по возможности, всю страну, но на это далеко не всегда были средства), так что в древних держателях под масляные светильники располагались вполне современные лампы, пусть и стилизованные, наверху тоже были установлены светодиодные панели и системы вентиляции и отопления. В общем, это было роскошным поместьем, причём роскошь тут была ровно двух видов: утилитарная, в плане именно обеспечения комфорта и удобства, и историческая — различного рода древние доспехи, гобелены, старинная утварь… Да чего там, в замке вообще-то был натуральный исторический музей, куда водили экскурсии. Да, эта часть была отделена от остального комплекса, имела отдельный вход, и никакой турист, даже чисто теоретически, заплутав или «заплутав», не смог бы попасть в жилую часть поместья, но всё же. Ещё тут имелись лаборатории и оружейные склады. Не сказать что всё по последнему слову техники, но, в принципе, собрать робота-другого, а потом вооружить чем-нибудь убойным там было возможно, а если это дело чуть модернизировать, то и вовсе пустить небольшую серию.

Ещё в замке была картинная галерея, где леди Фрост могла полюбоваться вереницей портретов моих предков, начиная от Саббата фон Дума, что построил этот замок в шестнадцатом веке и пусть и не стал родоночальником династии де-факто, но окончательно закрепил за нашим родом трон Латверии, сделав её не очередным «мелким германским княжеством», а чем-то более самодостаточным. Хотя бы на бумаге. Закончилась же наша импровизированная экскурсия в тронном зале. Это было, пожалуй, самым вычурным помещением во всём замке: кованые люстры с современным светом, гобелены, отделанные мрамором колонны, пол и стены. Ну и сам трон, полностью сделанный из красного дерева, с богатой обивкой и просто излучающий властность. Разумеется, за пять веков эксплуатации дерево бы давно «загладилось», а обивка вытерлась нафиг, но это был не первый трон — первый мы уже видели в музее, за бронированной витриной, а это была точная реплика.

– Величественно, – девушка с любопытством огладила спинку королевского кресла кончиками пальцев.

– Если хочешь, можешь посидеть, – предложил я, отслеживая реакцию Эммы.

– М-м-м, а разве это положено делать кому-нибудь, кто не относится к правящей династии?

– Не положено, – подтвердил я, – но тут никого нет, и я никому не расскажу.

– Это… – она моргнула, – такое странное предложение руки и сердца?

– Ещё — проявление хулиганистости, – развожу руками, – но… ты и так близка со мной, насколько это вообще возможно, и знаешь почти все мои тайны. И я тебя уже не отпущу. Так что с моей точки зрения мы уже, можно сказать, женаты, а всё остальное — просто формальность.

– Виктор, ты невозможен! – закатила она глаза. – Вот как можно делать такое романтическое признание в таком месте и с таким равнодушием?! А потом ещё обсуждать со своей «почти женой» твоих потенциальных любовниц!

– А с кем ещё мне это обсуждать? Не с Леонардом же? Беднягу удар хватит от такого…

– Ты невыносим! – сложила она руки под грудью. – Но что ещё ожидать от парня с таким характером… – а потом меня поцеловали. И вальяжно плюхнулись на трон. – М-м-м, а ничего так, удобненько! Да, не хватает только согнутых спин жалких смертных, трепещущих пред своей королевой.

– Ну вот, ты уже начала страдать манией величия! – я возмутился. – А это, вообще-то, положено только мне! Как гению, плейбою, миллиардеру, филантропу и самодержавному монарху.

– Вот ты и страдай, – благосклонно кивнула блондинка, – а я буду наслаждаться!

– Как скажешь, – э-эх, как бы хотелось сейчас её в этом креслице прижать, поймать эти розовые губки, задрать эту белую блузочку и…

– Ты сейчас подумал о чём-то похабном? – с подозрением спросила телепатка.

– Ты научилась читать мои мысли?

– Нет, это была женская интуиция! И я бы тоже этого хотела, – уже чуть тише добавила Эмма.

К счастью, дальше этот неловкий разговор не зашёл, ибо в зал вошёл камердинер, оглядел картину, где на королевском троне сидит левая персона, а персона правая стоит рядом и как ни в чём не бывало болтает с ней, и… не дрогнув ни одной мышцей, пригласил нас в трапезную.

Застолье проходило в милой домашней обстановке. Всего-то пятиметровый стол, заставленный всяким-разным, куча слуг, что подносят это всякое-разное и что-нибудь ещё сверху, ну и распорядитель двора, что был мной вызван и сейчас нудно зачитывал план мероприятий на ближайшее время. И если кто-то думает, что там всё ограничивалось посещением злополучной военной базы, то он глубоко ошибается. Были там и предложения посещения иных объектов, и организация приёмов, и приглашения от «лучших людей королевства» посетить их скромные вотчины… Короче, даже по самым скромным прикидкам, это надо неделю безвылазно по приёмам шататься. А лучше — месяц. Ибо «царя давно не было, подданные соскучились, милорд». Э-э-эх. И ведь нельзя просто взять и послать. Вернее, можно, но это обидит и народ, что действительно со всей душой, и каких-нибудь послов заграничных, что вообще некультурно и несёт свои последствия. Пусть в политическом плане Латверия чуть больше нуля, но… «казус белли» и всё такое. Какой бы мелкой и «ниочёмной» страной она ни была, Латверия оставалась европейской державой с голосом в ООН и членством в ещё целой куче организаций, что что-то там решают и делают. Пусть, если говорить откровенно, своим голосом почти в открытую торговала… Что поделать? Самодержавные монархи не от хорошей жизни идут в бизнесмены на другом конце земного шара. Короче, посылать всех нахрен и скидывать работу на послов-представителей-помогателей было не комильфо.