– Ч-что? Но так нельзя! – возмутилась девушка. – Это же важное и официальное мероприятие. Требуются протокол, речь, план мероприятия, в конце концов!

– План есть! У меня, – он усмехнулся. – И он заключается в вашем царственном присутствии. Поверьте, мисс Харди, этого достаточно, чтобы всё прошло идеально! А теперь пойдёмте! – и, махнув ей рукой, этот… богатый псих с грацией ледокола устремился к лекционному залу, где уже собралось прилично народу. И начали подтягиваться репортёры, явно притащенные этим… этим… ур-р-ргх!

– Кому-то придётся за это потом извиняться! Потребовать с него, что ли, ужин… Хотя нет, это должно быть наказание, а судя по его словам, он воспримет это как поощрение! – размышляла вслух девушка, вынужденная идти следом за «человеком-носорогом».

– Доктор Коннорс! – между тем радушно улыбнулся магнат её преподавателю уже внутри аудитории.

– Мистер фон Дум? – приподнял брови однорукий мужчина у кафедры. – Что привело сюда вас и… всех этих людей? – доктор Коннорс был вежливым человеком, а потому не стал восклицать «какого чёрта вы тут устроили и срываете мне лекцию?!».

– О, тут произошёл целый ряд совпадений, стечений обстоятельств и далекоидущих планов! – «пояснил» бизнесмен. – А теперь… раздевайтесь!

– Простите, что? – воскликнул преподаватель.

– Что?! – удивилась Фелиция.

– Что-о-о-о?! – протянули ошарашенные студенты за партами.

– Что? – невозмутимо ответил фон Дум. – На халат эта штука не надевается, – водрузив на кафедру и раскрыв чемодан, он показал, что за «штука». Там лежала рука. Натуральная человеческая рука.

– Это… что?

– Это последняя разработка Фон Дум-Индастриз, основанная на лицензионной технологии фонда Харди, с очаровательной наследницей которого мы к вам и пришли, – явно веселясь и получая от всего этого какое-то извращённое удовольствие, ответил магнат. – Ну же, профессор, не ломайтесь и не заставляйте вас раздевать! Я готов раздевать прекрасных женщин, а не мужчин средней симпатичности. Подумайте, что может сказать на это ваша жена!

– Вы же в курсе, что это почти сексуальное домогательство, мистер Дум? – поинтересовалась Фелиция.

– К кому? У меня куча свидетелей, что я, наоборот, отказался домогаться мистера Коннорса!

– (_)… – как же трудно ей было не рассмеяться. Так весело девушке не было едва ли не с детства. Но нужно было держать лицо! Выдержка! Нужно больше выдержки! Ещё больше! Не отступать! Не сдаваться! Да! И он определённо это всё спланировал и делал специально! Она отомстит! Пока не знает как, но отомстит!

– Это какой-то абсурд… – недовольно нахмурился однорукий.

– Ну, думаю, я имею право побыть немного эпатажным. А теперь ближе к делу!

– Ладно… – с лицом «Боже, куда я попал» Коннорс скинул халат и начал расстёгивать рубашку, но потом сообразил, что тут толпа народу, и ему явно стало несколько неуютно. Так что он кивнул в сторону двери в преподавательский закуток — небольшую комнату, что зачастую использовалась в роли кладовки и хранилища для небольших демонстрационных стендов.

Там мужчина уже разделся по пояс, и Фелиция смогла наблюдать накачанную, подтянутую фигуру ещё нестарого мужчины. Правда, красоту вида несколько портила отвратительного вида культя вместо руки, да и эта куча шрамов вокруг плеча.

– Так, теперь вот это вот сюда, – фон Дум достал резко пахнущие салфетки и, не меняясь в лице, обтёр обрубок руки профессора, после чего приставил к нему руку. – Сейчас вы можете ощутить сжатие и лёгкое покалывание, – меж тем рука из чемодана, явно сделанная по меркам «пациента», действительно обхватила то, что осталось от родной конечности преподавателя. – Ага… А это сюда, – на голову преподавателя надели тонкий ободок, вроде тех, что используются для удержания волос, – и-и-и… готово!

– И что должно быть го… – начал раздражённый инвалид, но… прервал себя на полуслове. – Я… я чувствую руку!

– Разумеется, вы чувствуете руку, – вновь усмехнулся фон Дум, – в этом-то и был смысл. А теперь — одевайтесь. Вы — не шикарная стриптизёрша, а всё ещё мужчина средней симпатичности, залипать на которого могут девушки, а не я.

– Это сексизм! – возмутилась Фелиция.

– Ничего подобного! Я оставляю девушкам право залипать на кого они хотят, лишь констатирую, что мне куда приятнее смотреть на шикарных и грациозных девушек, а не мужчин. Хм… – Виктор показательно задумался. – А ведь действительно, получается, что я женский сексист! И вообще белый цисгендерный мужчина… Да, кажется, дружбы с ЛГБТ-активистами у нас не выйдет… Ну и славно! – он довольно хлопнул в ладоши, расплывшись в счастливой улыбке.

– Я… Спасибо! – растерянно обратился к ним Коннорс. – Мистер фон Дум, мисс Харди…